Это было по-настоящему, грубо и подталкивало меня придвинуться ближе, быть еще ближе, удержать его.

В этот момент я почувствовала, как что-то выровнялось глубоко внутри моего тела, и когда это произошло, тяжесть, которую я ощущала, тяжесть в моем сердце и давление на плечи, просто исчезли.

— Я тоже, — хрипло ответил он.

— Итак, когда ты вернулся домой? — Спросила я, чувствуя себя хриплой и сбитой с толку.

— Этим вечером. — Он поднял мою руку и поцеловал костяшки пальцев. — Мне потребовалась вечность, чтобы вернуться к тебе.

Его слова вызвали дрожь, пробежавшую по моему телу.

— Я рада, что ты вернулся ко мне. — Я знала, что открываю себя для душевной боли, не говоря уже о мире боли, если он снова отвергнет меня, но я должна была это сказать. — Я действительно скучала по тебе, Джонни.

— Господи, Шэннон, я не знаю, что.. — Джонни сделал глубокий вдох, а затем поднес мою руку к своему рту. — Ты в порядке, — прошептал он, целуя тыльную сторону моей ладони, провода и все такое. Глубоко вдохнув, он положил мою руку на свою щеку и наклонился навстречу прикосновению. — С тобой ведь все будет в порядке, правда?

Кивнув, я обхватила его щеку рукой и прошептала: — Ты в порядке?

— Не спрашивай меня об этом. — Его голубые глаза прожгли дыры внутри меня так глубоко, что я почувствовала, что меня никогда не починить, когда он сказал: — Не тогда, когда здесь лежишь ты.

— Мне очень жаль.

— Не извиняйся. — Зажмурив глаза, он склонил голову, все еще прижимая мою руку к своей щеке. — Это я сожалею. — Он издал болезненный стон и подался навстречу моим прикосновениям, потираясь щекой о мою ладонь. — Мне просто нужно, чтобы с тобой все было в порядке, — прохрипел он. Его ресницы были такими густыми и опущенными, что я едва могла разглядеть синеву, спрятанную под ними. — Я знаю, что был полным придурком, когда пришел в себя после операции, и мне жаль. Мне так чертовски жаль, что я тебя оттолкнул. Мне было просто неловко и пристыженно… и я боялся тебя напугать, но я должен был помешать тебе уйти. Я должен был лучше справляться с собой. Я должен был попросить тебя остаться со мной. — Повернув лицо, он запечатлел поцелуй на моей ладони и прошептал: — Я хотел, чтобы ты осталась со мной.

Мое сердце пропустило удар. — Ты хотел?

— Я всегда хочу, чтобы ты оставалась со мной, Шэннон, — ответил он, явно взволнованный. — И если бы я просто наплевал на свои чувства и попросил тебя остаться, я мог бы предотвратить это…

— Нет, ты не мог, — перебила я его, дрожа. — На каком-то этапе мне пришлось бы вернуться домой. Задержавшись еще на день или два, ты бы только ухудшил ситуацию в миллион раз.

— Хуже? — Он сжал челюсти и воспротивился. — Шэннон, посмотри, где ты находишься.