— Раз такое дело, и он все-таки не пришел на работу, то толку от нашей поездки? — Ася в задумчивости закусила губу и накрутила прядь волос на палец, не обращая внимания на покосившегося в ее сторону водителя. — Хотя, может, что-то странное происходило в его последнее дежурство. Надо поспрашивать.

— Почему ты говоришь обо всем, кроме того, что происходит между нами? — вдруг внезапно поинтересовался Стас, словно надеясь застать ее врасплох и получить ответ. Ася словно окаменела:

— А между нами ничего не происходит, Стас, — твердо сказала она. — Ты позвал меня на свидание, я отказалась.

И то, что я сейчас помогаю твоей сестре, на это не влияет никак.

— То есть ты категорически отрицаешь, что тебя ко мне тянет? — прямо спросил он.

То, что вопрос прозвучал зря — Стас понял и так. Но отчего-то считал необходимым напомнить ей об этом поцелуе. Добиваться большего, пока что, он не планировал, давая Асе время осознать собственные эмоции.

И искренне верил, что если почаще говорить про эти самые, такие внезапные чувства, армия тараканов в светлой головушке передохнет самостоятельно. Без помощи всякого там дихлофоса.

Ну не просто так же Ася реагирует, должны быть причины!

Вдох-выдох. Он нарывался. Нарывался на то, что в следующий раз, когда он случайно заглянет к ней на «огонек», она просто и банально стукнет его по голове сковородкой. Она не кровожадная, нет. Но кто-то либо слишком много о себе мнит, либо больно много видит.

— Стас, а ты не допускаешь, что это может быть телячий восторг перед великим артистом? — вкрадчиво поинтересовалась Ася, на что получила почти обиженный взгляд. — Почти трепет… Душевный. В общем, дорогуша, я не могу осознать такого великого счастья, так что ради собственного спокойствия категорически прошу об этом забыть.

Пожалей мою трепетную душевную организацию? Нам еще в одном доме жить.

Звучало искренне. Почти. Этакая игра на грани фола. Белозеров почти проникся. Вот только от почти до проникся — как совершить кругосветное путешествие на кузнечике.

— То есть, если я тебе вдруг предложение руки и сердца сделаю, ты поверишь, что я не играю? — не менее «искренне» уточнил он в ответ.

Фейспалм. Этот человек — ходячий фейспалм. Анастасия Строганова уже была готова от души приложиться лбом о бардачок чужой машины.

Вот вроде же не дебил, но… В том-то и дело, что с мозгами у него все было в порядке. И с упрямством, к сожалению, тоже. Вот зачем ему биться в закрытые двери? Девушек вокруг полно.

— Скорее в то, что тебе надо к психиатру, — усмехнулась она. — Приехали. Идем.

Ресторан был уютный: светло бежевые мягкие диванчики на фоне темно-розовых стен, залитых солнечным светом. Администратор проводила Асю со Стасом к столику, подошел официант и принес меню и ушел.