— Только не говори, что ты никогда не слышал про такое великое изобретение человечества, как краска для волос, — съехидничала Ася, внимательно рассматривая собственный маникюр. Она не помнила его. Вот абсолютно. Репетиции помнила, а вот его — нет. Не в первый и не в последний раз мать ставила ее с кем-то в пару, Ася частенько была палочкой-выручалочкой в этом вопросе. Так что блондины, брюнеты, кудрявые или длинноволосые — все слилось.

Раздался негромкий смешок. Власту искренне развеселила оторопь брата. И, слишком хорошо знающая Стаса, она по-детски уже достроила цепочку и мысленно женила братца на любимой руководительнице.

И, прекрасно понимая, что тот пока далеко не продвинулся, неожиданно предложила:

— А давайте поужинаем сегодня вместе? Настя, если у тебя, конечно, планов нет, — она умоляюще посмотрела на Асю. — Занятия ведь уже закончились.

— Отличная идея, — поддержал сестру Стас. — Все равно ведь рядом живем, нам по дороге.

Хотелось отказаться. До жути, до ломоты в пальцах. Хотелось просто держаться как можно дальше от вредного кудряша, который не гнушается никакими средствами.

Вот что ему стоило просто взять и пресечь на корню «прекрасную идею» сестры.

Вот только… Она помнила. Помнила собственный страх перед обстоятельствами. Помнила свою глупую решимость помочь. Помнила, как больно было в восемнадцать лет понимать, что для любимого человека ты не значишь абсолютно ничего, осознавать, что он даже пальцем не пошевелит, чтобы ее спасти. А еще четко могла воспроизвести в памяти расплывающееся красное пятно на одежде брата. К счастью, последнее к ситуации Власты отношения не имела, вот только Ася не могла стереть из памяти ее слезы.

Понимала, как девочке сейчас тяжело. И, несмотря ни на что, брат — не всегда лучшая компания в подобной ситуации. Развеселить он, может, и сможет, но не факт, что сможет понять. И далеко не факт, что не начистит симпатичную морду этого самого Марка. Что, в принципе, не самый плохой вариант.

Но Власта не виновата в том, что она хотела держаться подальше от Стаса. Девочке плохо, и сейчас все страхи и эмоции вполне взрослой и разумной Аси — ничто перед этой болью.

И она просто не имеет права оставить ее в таком состоянии. Мы в ответе за тех, кого приручили…

— Ничего не имею против, — выдавила из себя улыбку Строганова, а инстинкт самосохранения в панике истошно завопил и схватился в отчаянии за голову.

До сих пор не укладывалось в голове, что она все-таки взяла и согласилась поужинать со Стасом и Властой. Наверное, помрачение, не иначе. Тем не менее она вместе с подопечной переступила-таки порог холостяцкой берлоги актера.