Это стихотворение она учила в десятилетнем возрасте. Память не подвела!

— Прекрасные строки Федора Глинки! — обрадовался Динкевич. — А вы, сударыня, тоже москвичка?

— Позвольте представиться: графиня Софья Ивановна Тимрот, урожденная Бебутова. У нас родовое гнездо в Москве.

— Ах, фамилии громкие! А я продал свой домик в Саратове и решил со всей семьей обосноваться в Белокаменной. Всех денег, считая нажитые, 125 тысяч. Дворец, конечно, не купишь, но…

— Без всяких «но»! — внушительно заявила Сонька. — На эти деньги нынче в Москве можно купить отличный дом с парком. — Она задумчиво положила руку на кисть собеседника и проникновенно сказала: — Считайте, вам повезло. Мой муж — гофмейстер Двора Его Императорского Величества. Так вот, Григорий Петрович только что получил назначение послом России в Париж. И мы уже решили продать свой московский дом…

— Ой, мне вряд ли это по средствам, — смущенно забормотал Динкевич.

— А мы за деньгами не гонимся. — Сонька гордо вскинула голову. — Нам важно родовое гнездо передать в хорошие руки. Думаю, ваших денег вполне хватит. Отдадим со всей обстановкой.

— А где дом? — загорелся Динкевич.

Сонька, лихорадочно соображая, кокетливо улыбнулась:

— Приедем в Москву и я вам покажу. А пока извольте иметь от вас эту крошечную тайну.

— Конечно, так даже интересней, интрига!.. Когда, графиня, прикажете смотреть владения?

— Мне назначена аудиенция у Государыни Императрицы! — тоном, полным спокойного достоинства, произнесла Сонька. — Освобожусь через пять дней. В старой столице буду семнадцатого августа.

— Как это кстати! — потер ладони Динкевич. — Я рассчитываю посетить свою старую тетушку. Она живет в Клину, как раз по пути.

Сонька влезла в ридикюль, вынула небольшой железнодорожный справочник, нашла нужное:

— Я поеду пятым скорым поездом, разумеется, первым классом. Куплю отдельное двухместное купе. В Клину поезд будет в 8 часов 20 минут утра. Проводнику скажете, что идете ко мне. Дальнейший путь мы проделаем вместе. Согласны?

— Графиня, позвольте поцеловать ваши ручки! Как я вам обязан. У вас истинно ангельская душа, вполне согласная с вашей прекрасной внешностью! Деньги у дочери, сегодня же дам телеграмму, пусть срочно с мужем и детьми выезжают в Москву. Чтобы успели прибыть к семнадцатому.

…Уже через час Сонька совещалась со своими «соратниками». Был выработан план действий. Хуня и Михель с первым же поездом отбыли в Москву. Динкевич дал телеграмму дочери, а сам направился к тетушке в Клин. Сонька осталась в Питере наслаждаться «красотами жизни».

16 августа, незадолго до отхода поезда, Сонька зашла в ресторан. Там к ней пристал какой-то дядя в форме акцизного чиновника.