— Тщательно обыскать купе поездной прислуги, осмотреть платье: нет ли кровавых следов?

Обыскали, осмотрели — ни-че-го!

Зато в самом купе полковник обнаружил нечто удивительное.

— Невероятно! — азартно кричал Мадатов. — Тут работал циркач, не иначе. Вот, смотрите. Кровавыми пальцами захватаны занавески, рама окна — сюда, сюда глядите! Следы ведут наружу, вверх! Убийца перемазался кровью и сам показал свой путь. Из окна он влез… на крышу вагона! Вот сукин сын! Орлов, залезай на крышу — по наружной лестнице. Да не бойся! Хлопнешься, так мы тебя с духовым оркестром похороним. Посмотри, куда этот ловкач двинулся.

Открыв до отказа окно, полковник вылез через него наружу и орал оттуда:

— Ну конечно! Вот здесь он зацепился рукой и затем подтянулся наверх. Ах, ловкий, паразит! — В голосе жандарма были нотки восхищения.

Забравшись на крышу, Орлов в недоумении спросил:

— А почему убийца избрал такой сложный путь бегства?

— Все просто! Совершив преступление, убийца просто не мог выйти в коридор. Ведь он весь перемазался кровью! Его тут же бы замели.

— Господин полковник, но почему из окна преступник полез на крышу? Ведь на землю спуститься гораздо проще.

— Не всегда! На ходу, да еще в ночной тьме, выпрыгнуть из окна — самоубийство. На стоянке — опасно, заметят. Да и в купе рядом с убитой сидеть — большой риск. Вот убийца и полез на крышу. И сделал это весьма ловко. Что говоришь, Орлов?

— На вентиляционной трубе следы крови от рук, видимо, держался за нее преступник, а потом в удобном месте перебрался на тормозную площадку и спрыгнул.

— Ясно! Следует опросить путейцев, не встречался ли им кто подозрительный. Затем выяснить, откуда и куда ехала Горич, не было ли у нее врагов?

Колесо следствия закрутилось.

В то время Россия делала первые шаги в определении личности преступника по отпечаткам пальцев. Дактилоскопия у нас была введена циркуляром Главного тюремного управления в 1906 году в тюрьмах, а в сыскных отделах крупных городов — 6 июля 1908 года. (Первым это сделает в 1910 году глава российских сыщиков генерал А. Ф. Кошко. По другим сведениям (Э. Локар), первый случай обвинения на основании пальцевых отпечатков имел место в России в 1912 году по делу об убийстве аптекаря Вейсброда.)

Вскоре полковник Мадатов установил, что Горич ехала из местечка Николаевка, где она проживала в имении Ржанчицкого и где врагов не имела. У мужа тоже было алиби: всю ночь, когда произошло убийство, он провел за карточной игрой.

Следствие оказалось в тупике. Полковник подвел итоги:

— Пока лишь ясно, что убийство совершил очень ловкий и отчаянный преступник. И еще, по всей вероятности, свою будущую жертву он прежде не знал. По наведенным справкам, у нее похищено всего 18 рублей, а драгоценностей не было вовсе.