— Путилин прошелся по келье, внимательно огляделся и, усмехнувшись, произнес: — Час убийства я назвал — вечер, на закате солнца. И произошло оно не далее третьего дня.

— Откуда такая осведомленность? — удивился прокурор.

— Это еще не все! — продолжал Путилин, чуть улыбнувшись. Ему явно нравилось озадачивать этого симпатичного молодого чиновника с университетским образованием, от которого, впрочем, для сыскного дела нет никакого толка. — Убийца — человек высокого роста. Служил на море. Со своей жертвой был знаком еще прежде, но их отношения были неприязненными. Во всяком случае, Илларион не был рад визитеру. У преступника сильный порез на правой руке.

— Вы меня мистифицируете, Иван Дмитриевич! — отмахнулся прокурор. — Ничего подобного вы знать точно не можете.

В это время появился судебный эксперт Нестеров. Он приступил к делу.

…Пройдут годы. А. Ф. Кони будет вспоминать: «Покуда в соборе пели чудные слова заупокойных молитв, в двух шагах от него, в освещенной зимним солнцем келье, происходило вскрытие трупа несчастного… Состояние пищи в желудке дало возможность определить, что покойный был убит два дня назад вечером».

— Ваши предсказания начинают сбываться! — воскликнул прокурор, обращаясь к Путилину. — Невероятно!

В ответ сыщик лишь хмыкнул.

Начали допрашивать насельников Лавры. Монахи дружно показали, что убитый вел замкнутый образ жизни, лишь изредка принимая у себя Антипа и певчих. Именно Антип показал, что Илларион хранил мешочек с золотыми монетами в комоде. Теперь мешочек исчез.

— Вы, Анатолий Федорович, пока допрашивайте, а я отправлюсь кой-куда…

На Невском проспекте в чайном магазине, расположившемся в доме под номером 106, сыщика встретил коренастый человек с густой бородой и в английском сюртуке хорошей работы. Это был владелец двух десятков магазинов, крупнейший чаеторговец Шляков.

— Алексей Евдокимович, что-то я давно не встречаю в продаже одиннадцатый номер?

— Китайского захотели? — улыбнулся купец. Он полез в шкаф и достал точь-в-точь такую же пачку, как та, что валялась, закапанная кровью, в келье Иллариона. — Возьмите подарка ради! С полицией дружить всегда полезно.

— Спасибо, не откажусь! Вы давно этот сорт получили?

— А мы и не получали. Это мне Чекалин от щедрот своих пять пачек презентовал. Это рядом, в доме под номером сто двенадцать по Невскому. Раньше этим сортом и я торговал, и «Цзинь-Лунь», и еще кто-то, а теперь только у Чекалина. Уж очень поставщик цену взвинтил, все больше немцам и англичанам отдает.

…Старик Чекалин, с незапамятных времен знакомый с Путилиным, увидев сыщика, насторожился.