Я не жду, что ты поверишь всему, что я скажу, но я надеюсь, что ты поверишь, — тихо сказал он. — Мне жаль, что ты узнала правду так, как узнала. Я должен был сказать тебе раньше, но правда в том, что... — его горло сжалось от очередного тяжелого глотания. — Я не был готов отпустить тебя. Я отступал после Парижа и говорил себе, что помогаю тебе узнать правду, а на самом деле я хотел получить лучшее из двух миров. Сохранить тебя и обмануть себя, думая, что это не так. Я ненавидел твоего отца, Вивиан. И до сих пор ненавижу. И мне была ненавистна мысль о том, что он может победить в любом случае, включая.

.. — Данте крепче сжал мою руку. — В том числе, если я останусь с тобой, как я хотел. Это не было моим лучшим рассуждением или самым гордым моментом, но это правда. Да, меня принудили к помолвке, но все, что произошло потом? Наши свидания, наши разговоры, наша поездка в Париж... никто не заставлял меня делать эти вещи. Они были настоящими. И я был настолько глуп, что думал, что смогу забыть их или тебя, когда... — его голос упал, став грубым. — Тебя не было меньше недели, а мне уже кажется, что я провел вечность в аду.

Дыхание покинуло мои легкие.

Кислород затвердел в нечто сладкое и медовое, что стекало в мой желудок, наполняя его теплом.

Подавленный всхлип влился в смесь, прежде чем я проглотила его.

Рядом с нами никого не было. Все обходили Данте стороной, и большинство гостей вернулись к своим разговорам, вместо того чтобы смотреть на нас.

Тем не менее, я не могла позволить себе нарушить самообладание. Достаточно было одной трещины, чтобы я окончательно рассыпалась.

— Но ничего не изменилось, — сказала я, мой голос был густым. — Ты все еще ненавидишь моего отца, и он все еще выиграет, если мы поженимся.

Я не стала пока упоминать об отречении или проблемах с компанией. Это были совсем другие банки с червями.

— Ты ошибаешься, — сказал Данте. — Что-то изменилось. Я думал, что смогу жить без тебя. Что моя месть значит больше, чем мои чувства к тебе. Потребовалось всего несколько дней — черт, несколько часов — чтобы понять, что я не могу, и это не так. Я не хотел отвлекать тебя, пока ты готовилась к балу, поэтому и не вышла на связь раньше. Но... — его горло сжалось от очередного глотка. — Я люблю тебя, Вивиан.

Больше, чем я когда-либо мог ненавидеть твоего отца. И больше, чем я когда-либо думал, что способен на это.

Мое сердце взмыло ввысь, а желудок бросился в дикое свободное падение. Противоречие противоречило законам физики, но ничто в наших отношениях никогда не подчинялось правилам.

Слова эхом отозвались в моей голове и пролились в грудь, где они впервые встретились со своими двойниками.

Я тоже люблю тебя. Даже после того, что ты сделал. Даже если не должна. Я люблю тебя больше, чем когда-либо могла бы ненавидеть.