Мой отец лгал, манипулировал и использовал меня, в то время как Данте...

Давление за моими глазами наконец-то лопнуло. Оставшиеся кусочки онемения распались, сменившись такой острой и сильной болью, что я бы перевернулась, если бы стояла.

Вместо этого я свернулась калачиком и поддалась рыданиям, сотрясающим мое тело.

Они обрушивались на меня один за другим, пока в горле не пересохло, а щеки не ошпарило влагой.

Но как бы сильно я ни плакала, как бы ни тряслась, я не могла издать ни звука.

Мои рыдания оставались беззвучными, ощутимыми, но неслышными.

Следующие три дня я не работал.

Я пытался работать. Я действительно пытался, но не мог сосредоточиться. Во время каждого звонка я слышал голос Вивиан. Во время каждой встречи я видел ее лицо.

В этот момент я был обузой для компании, поэтому я попросил Хелену отменить мои встречи на неделю и взял время, чтобы привести себя в порядок.

Это означало, что каждый вечер я открывал бутылку виски, уединялся в гостиной и игнорировал вопросы Греты, пока она не уходила, разражаясь шквалом проклятий.

Сегодняшний вечер не был исключением.

Я опрокинул голову и бутылку назад.

Ликер обжег горло и заполнил желудок, но ноющая пустота осталась.

Я просто не привык к отсутствию Вивиан, прожив с ней так долго. Это пройдет, как и моя эмоциональная привязанность к ней.

Люди расстаются и живут дальше каждый день. В этом не было ничего особенного.

Я отхлебнул еще глоток. Камин был не зажжен, но смутные воспоминания о пламени и о том, как его свет плясал по чертам лица Вивиан, заполнили мой разум.

Боль пронзила мою грудь, жгучий ожог.

— Может, ты сможешь образумить его? — из коридора в комнату донеслось ворчание Греты. — Последние несколько дней он сидит и пьет, как его непутевый дядюшка Агостино.

Non mi piace parlare male dei morti, ma grazie al cielo non è più qui con noi. ( прим. ред. Мне не нравится говорить плохо о мёртвых, но, слава Богу, его больше нет с нами.)

— Я попробую, — голос Луки заставил меня задуматься, прежде чем я пожал плечами и снова поднес бутылку к губам.

Вероятно, ему нужен был аванс на карманные расходы. Он редко заходил к нам, только если ему что-то было нужно.

Я не смотрел на него, когда он вошел и занял место напротив меня. Он наблюдал за мной какое-то время, прежде чем заговорить.

— Что, черт возьми, случилось?

— Ничего, — моя голова поплыла, и я моргнул, прежде чем поправить себя. — Мы с Вивиан расстались.

Слова были горькими на вкус. Возможно, мне стоит сменить виски на что-то более сладкое, например, ром.

— Что? — Бледное лицо Луки появилось в поле моего зрения, когда я наконец повернулся. Это небольшое движение потребовало столько же усилий, сколько плыть сквозь патоку.

Господи, неужели моя голова всегда была такой тяжелой?

Тиски сжали мое сердце.