Первое слишком рискованно — если он поверил в мою залепуху по поводу обыска, о санкции на который я договорился, то не станет тянуть. Самое время сейчас появиться. Я бы выбрал окна с западной стороны. Стоп! Я, в отличие от него, знаю планировку дома…»

Свешников сидел в самом темном, дальнем углу, вновь изображая восточного тренера перед пьяными гопниками. Сна — ни в одном глазу. И никаких эмоций. Придут убивать? Сегодня? Возможно, прямо сейчас? Все мы смертны…

«Он дождется утра и снимет Пашу выстрелом с дальней дистанции, мы даже не поймем, откуда именно. Кем я буду после этого? То, что он рано или поздно все равно бы до него добрался, конечно, оправдание, но лично моя „заслуга“ будет в том, если это случится сегодня».

— Ты не думал, что он по утряне, по свежей росе, возьмет и покрошит нас всех из снайперки? — прошептал Родионов, наклоняясь к Волгину.

— Здесь нет подходящей позиции.

— А ты откуда знаешь?

— Знаю. Сам в армии был снайпером.

Волгин не стал уточнять, что все два года в армии занимался покраской бордюров и другими столь же важными с точки зрения обороноспособности мероприятиями, а винтовку видел лишь на плакатах и в руках замкомвзвода в «учебке».

Подал голос радиотелефон. Волгин чертыхнулся, полез за «трубкой». Не ожидал, что кто-то позвонит в такое время, убрал во внутренний карман, еще и молнию затянул.

— Весь кишлак перебудишь, — прошептал Родионов.

Волгин наконец справился с застежкой, нажал светящуюся кнопочку на аппарате, ответил приглушенным голосом:

На Родионова, неожиданно застывшего с напряженным лицом, он не обратил внимания…

Как и опера, Актер не стал подъезжать вплотную, но дистанцию пешего марш-броска сократил метров до пятисот. Шел не таясь. Если это ловушка и местность оцеплена, то на крадущуюся фигуру скорее обратят внимание.

На операцию Актер вырядился в спортивный костюм и кожаную куртку, в боковой карман которой небрежно заправил ополовиненную бутылку спиртного, которым предварительно прополоскал рот и обрызгал воротник. Около станции имелся кабак, хоть и деревенского пошиба, но круглосуточный, случись проверка — он идет оттуда к подруге, даже адрес может указать, а что не признает она его за своего знакомого, так то понятно: как раз сегодня муж оказался дома, не станешь же при нем откровенничать с ментами. О подруге Актер выведал в том самом кабачке, это обошлось в два стопаря водки и четверть часа беседы с местным забулдыгой. Телефончик подруги Актер предусмотрительно написал на замусоленном листке бумаги, который вложил в записную книжку.

Разведка заняла часа полтора. Актер не исключал возможности засады.