– А ничего не случилось, – хлюпаю я. – Вообще ничего. Я детей хочу! Старость на носу, а у меня ни одного младенца.

– А почему ты об этом говоришь Коле, а не мне?

– Потому что я не знаю, нужны ли тебе дети!

– Я и сам не знаю, нужны ли мне дети, – пожимает Денис плечами. – Но если они нужны тебе, то не проблема. Сейчас сделаем.

Коля, воспринявший слова хозяина буквально, линяет из кухни со словами, что он еще маленький для такого зрелища.

– Как сейчас? Сначала надо пожениться! А меня замуж никто не звал! – бунтую я, глядя на то, как Гордеев снимает пиджак.

– Точно старость. Три месяца назад я делал тебе предложение. На следующий день после твоего двадцатитрехлетия, припоминаешь? Ты сказала, что торопиться не надо.

– Я это сказала, чтоб ты меня уговорил!"

"– Хорошо, сейчас уговорю, через неделю распишемся, – вздыхает Денис, расстегивая манжеты на рубашке.

– Я хочу нормальную свадьбу, а не роспись!

– Ксюша, – щелкает пряжка ремня, – самое раннее свадьба через две недели… Ребенок вряд ли родится раньше, чем через девять месяцев.

– Ладно, – соглашаюсь я. – Тогда я успею съездить в универ до того, как пузо на нос полезет.

– Ты собралась в универ, – настораживается Денис, уже расстегнувший пуговицы на рубашке. – Зачем?

– Затем, что аспирантуру я еще не закончила, и мне надо решить кое-какие вопросы…

Ящер увез меня в Москву, и ему очень не нравится, когда я уезжаю с ночевой.

– Давай, я решу твои вопросы, – он надвигается на меня, и я по выражению лица догадываюсь, каким способом мы сейчас будем их решать. А если не получится, значит, плохо старались. Надо еще раз попробовать.

– Это не в твоей компетенции, мне надо к научруку…

Гордеев опасно прищуривается:

– Маменькин пирожочек, – припоминает он.

Я сто тысяч раз объясняла, что мой научрук не он, но эта простая мысль в голове Дениса никак не приживается. Гордеев гладит меня по волосам:

– Ксюша, план меняется. Ребенка делаем прямо сейчас. Свадьба через неделю.

– Ну не настолько я стара, – возмущаюсь я. – Неделю до свадьбы я подожду… Может еще и не сразу получится…

– Слово Гордеева, через месяц будешь имя выбирать, – высекает Денис.

Ой, кажется, Коля вовремя сбежал!

Меня приподнимают и усаживают на стол. Секунда и под подол домашнего платья проникают наглые руки, сопротивляться которым у меня нет никакого желания.

– Поцелуй меня, – требует Гордеев, пальцами уже подбираясь к нежному местечку.

Я послушно тянусь к его губам, зная, что сейчас спорить с Денисом бесполезно.

Да и ни к чему, мне определенно понравится все, что он сделает.

Порочный жаркий поцелуй, обещающий удовольствие, сносит мне крышу.

Грудь наливается и тяжелеет, соски набухают и требуют ласки. Внизу живота, там, где хозяйничают бесстыжие пальцы, влажно и горячо.