— Тебя из крайности в крайность, — усмехнулся мужчина. — То в монастырь уходишь, теперь девушка.

— Так получилось, — не особо хотел что-то объяснять Илья, любовался мной.

— Илюша, почему у Христофора голова собачья?

Мужчина вышел к иконе и покосился на меня серыми глазами. Не дал моему парню ответить, сам пояснил:

— По одной из легенд он был невероятно красив, и девочки Христофора преследовали даже в церкви, не давая молиться, поэтому он попросил у Бога обезобразить его.

У меня чуть волосы дыбом не встали от ужаса.

— Ветер! Не смей просить у Бога собачью голову, — с ужасом прошептала я. — Собаки кусаются, когда их кормишь конфетами.

После некоторой паузы, когда Илья внимательно смотрел на меня с улыбкой, мужчина произнёс немного тихо:

— Если не кормить собак с пальцев, а положить конфету на ладонь, то они не будут кусать, а наоборот вылижут.

— Да?! — удивлённо уставилась на незнакомца. — Не знала.

Но он прав, прежде чем играть с собаками и заниматься с ними, нужно либо консультироваться, либо читать нужную литературу.

Что-то на весь зал огласил громко батюшка, с балкона напевно ответила ему женщина. Все стали креститься.

— Дана, а почему ты не крестишься? — с большим интересом поинтересовался мужчина, изучая моё лицо и пытаясь заглянуть в глаза.

— Я не умею, — призналась я и от волнения сжала руку Ильи.

— А крест ты носишь?

— Мышонок, никогда не принимай подарки от чужих мужчин, — строго сказал Илья.

— Да, я помню, папа предупреждал, — кивнула я и, как хотела прильнуть к Христофору, прильнула к своему парню.

— Вот и отлично. Хорошего дня, — попрощался он с мужчиной.

— Хорошего дня, — эхом повторила я.

— А в трапезную? — удивился незнакомец. — Ветров, завтрак ещё.

— Не сегодня, — кинул Илья, уводя меня из зала. — Крестик я тебе всё же куплю, — сказал уже мне и завернул в иконную лавку. — Тебе попроще или побогаче?

— Мне такой, какой нужно.

— Тогда для лялек и на верёвочке, — тихо рассмеялся он, и я, немного обидевшись, легонько толкнула его в бок. И он меня поцеловал в висок. Отчего становилось жарко и невероятно хорошо.

— Серебряный крестик. Мышонок, какой тебе цвет верёвочки?

— Розовый… нет, давай оранжевый.

— Дана, крест лучше не снимать, может цепочку?

— Я хочу деревянный и верёвочка телесного цвета. Может мама не заметит, что я его ношу, — приникла я к витрине и смотрела на чудесный крестик, что мне так понравился.

— Твоя подруга, Илья? — спросила лавочница.

— Девушка, — как-то недовольно ответил Ветер.

Он не очень любил общаться. Наверное, его все достали. Я понимала, вот Илья мне сказал, что нельзя мечтать о том, чтобы людей не было, а мне иногда очень тяжело. И если не людей удалять из мира, то меня куда-нибудь на время прятать, чтобы я так не уставала.

Крестик надели сразу, вышли на крыльцо храма.