— Я буду кильку в томатном соусе. И ещё я хочу попробовать лапшу быстрого приготовления, — прошептала, словно боялась, мама заверещит, что это запрещено, от этого разжижаются мозги и вытекают глаза.

— Давай договоримся, — завороженно смотрел на меня Илья Ветров. — Если тебе что-то захочется впервые попробовать, обращайся сразу ко мне.

— Хорошо, — кивнула я и смущённо рассмеялась. — Буду пробовать странную еду.

Немножко недопонимала, а точнее серьёзно не догоняла. Почему такой парень одинок? Мне казалось, что на него девчонки вешались. Небогатый? Только из-за этого? Не может быть такого, что в этом городе все девчонки меркантильные. К тому же у него явно всё впереди.

Дурной характер, как многие говорили?

Но я этого не видела!

Много чего не видела, нужно это признать. И подлого негодяя, скорее всего, от нормального пацана не отличу.

В данной ситуации, когда я утопала в Илье и растворялась без остатка, ощутила свою слабость.

Я – мотылёк, который видит, что погибли другие красавицы, сгорев в огне, но хочет прикоснуться к нему, потому что танцующее пламя завораживает…

Ветер манил к себе, прельщал внешностью и голосом.

И оттолкнуть его я не смогу.

Ещё один тёмный взгляд, таящий в себе звёздное небо, улыбка мягкая, и нет меня…

Всё знала, обо всём предупреждена. И вот так бездарно отдавалась в полную власть взрослого парня.

Влюблённость она такая… Страшная сила! Против неё не попрёшь.

— Дана, что случилось? — насторожился Ветров и начал пуговицы на моём пальто застёгивать. Пальцами своими музыкальными. — Нельзя нараспашку ходить, — улыбался он. — Заболеешь.

Подняв подбородок вверх, позволила позаботиться. И наблюдала, как он чуть хмурился, как появлялись задорные ямочки у его губ, когда он проказливо усмехался.

— Спасибо, — прошептала я.

И хотя на моих сапогах были каблуки, я умудрилась встать на носочки и несмело поцеловать Илью Ветрова. Только чуть-чуть боязливо коснулась его губ, как укололась, отпрянула.

Его губы тёплые и мягкие.

Замерла в замешательстве.

Как так получилось, не поняла.

Илья оторопел, не теряя лёгкой улыбки. Я увидела в этот момент какую-то страшную печаль в его глазах, даже тревожно стало.

— Что? — испугалась, в смятении отошла на шаг, продолжая сплетаться с его взглядом.

— Тебе хорошо? — тихо спросил он.

— Очень, — застенчиво призналась.

— И мне, — парень протянул руку.

Сняла перчатку и положила свою руку в его ладонь. Как утонула, ощутила давящее горячее томление внутри себя. Его пальцы изящные и длинные стебли, а мои – тонкие веточки, они сплетались, скрещивались сливались в единое рукопожатие.

— Да, Мышонок! Ты точно не выпила?!

— Нет, ты что?! — очнулась я от наваждения. И тут же обиженно буркнула: — Глупый.

— Просто так странно себя ведёшь, словно я призрак.