Ну женщинам простительно в машинах не разбираться, а вот пацаненок должен был знать. Выходит — не узнал. Иномарка, что ли? Пока ничего похожего навстречу не попадалось, но я не расслаблялся. И когда одна из встречных машин вдруг замигала фарами, я насторожился. Мигала она явно не мне, но я в свою очередь помигал подфарником, сбавил скорость и пропустил автобус с «Москвичом». Если ошибка — нагоню. Нет. Не ошибка. Мигавший фарами автомобиль начал разворачиваться.

Ну что ж, придется встретить. Я врубил аварийку и развернулся поперек полосы. Схватил деморализатор малого радиуса действия и выскочил из салона. А еще я взял на изготовку пистолет электромагнитный Макарова. Конечно, это было чистой авантюрой. А вдруг это не тот автомобиль и тот, кто сидел за рулем, разворачивался не потому, что увидел возвращающийся «Икарус», государственный номер «3456 ЛИК», а потому что вспомнил, что забыл выключить дома утюг. Однако чутье подсказывало мне, что я не ошибся. «Большой черный» и впрямь оказался иномаркой, что настораживало само по себе.

А водитель ее, к тому же, и не думал останавливаться. Он пытался объехать меня, но не тут-то было. Я выставил ПЭМ на полную мощность и направил в капот. Не факт, что излучение могло проникнуть сквозь железо, но фары чужого автомобиля вдруг потухли. Иномарка вильнула, едва не задев меня крылом, прокатилась еще несколько метров и встала. Дверцы ее распахнулись и на проезжую часть выскочило два здоровенных мужика. В руках их мелькнули какие-то хреновины с раструбами, но я ждать, когда они по мне отработают, не стал. Отшвырнув ручной излучатель, потому что уже не было времени засовывать его в карман, я полоснул по мужикам из «домры».

Они словно налетели на невидимое стекло. Отшатнулись, выронили свои «пукалки», как выразился Володька. В сереньком свете начинающегося утра, я хорошо видел, что один из этих холеных, затянутых в джинсовые костюмы, волосатых молодчиков закрыл лицо руками и закачался из стороны в сторону. А второй опустился на корточки, положил бессильные руки на колени и голову повесил. Я глянул на регулятор ДМРД, тот был выставлен на среднюю мощность. Значит, эти парни не самоубьются, а так — прорыдают недельку— другую в тяжком приступе раскаяния и глядишь бросят заниматься грязной работой. В том, что она у них грязная — я не сомневался.

Подойдя к ним, я подобрал «пукалки». Один из волосатиков тоскливо посмотрел на меня и что-то пробормотал на английском.

— Ничего, парень, — сказал я ему. — Не пропадешь! Мир не без добрых людей, тем более — Советский Союз. Остановятся. Подберут. Впрочем…

Подобрав и брошенный ПЭМ, я вернулся к машине, забросил трофеи в багажник, потом связался по рации с Лехой Морозовым.