А потом меня словно током ударила внезапная мысль. Я резко оборвал песню и, схватившись за голову, процедил сквозь зубы:

— Егор, это что за песня? — после почти минутного молчания услышал я вопрос Стаса. В его голосе вновь прозвучали нотки подозрения. — У «Кино» такой точно нет. Хотя… Очень даже в стиле Цоя. И почему ты ее не допел?

«Слишком много вопросов и ни одного вразумительного ответа», — вертелась у меня в голове единственная назойливая мысль. Черт же меня дернул спеть ее! Первый раз ее исполнят ровно через два года, а в записи она выйдет только через два с половиной.

Не поднимая взгляда на Стаса, я протянул растерявшемуся от неожиданности Сане его «Кремону» и, поднявшись с покрышки, собрался уходить.

— Это так… Я перепутал… Друг пел, а мне слова запомнились, — бессвязно промямлил я, обходя Стаса.

— Постой, — он удержал меня за предплечье. — Не знаю, где ты всему этому научился, но уверен, когда-нибудь ты об этом расскажешь. А сейчас прошу прощения: я не сдержал свое слово. Обещал же, что вопросов больше не будет. Просто эта песня… Она необычная какая-то… Из колеи меня выбила что ли. Вот. Но сейчас не об этом. — Он сделал небольшую паузу, а потом вдруг спросил прямо в лоб: — Не хочешь завтра к нам на репетицию прийти? В ДК. В три часа начинается. Я на вахте скажу, чтобы тебя пустили.

— Конечно хочу! — тут же непроизвольно вырвалось у меня.

Я помню, как относились к парням, которые играли в местной группе. Тогда, в моем первом детстве, это была недосягаемая высота. Олимп, о котором можно было только мечтать. Конечно, сейчас я понимал истинную цену этого увлечения, но удержаться все равно не смог. Даже одиночное посещение такой репетиции вчерашним четвероклассником весьма поднимало его престиж в глазах окружающих. А уж когда тебя лично приглашает лидер группы, то и подавно.

К тому же моя страсть к игре на гитаре сейчас разгорелась с новой силой. И упускать возможность повращаться в среде хоть и районных, но все-таки музыкантов, я не хотел.

— Вот и отлично! Тогда завтра в три?

— Да. Я обязательно буду. — Воодушевления в голосе после приглашения Стаса у меня явно поприбавилось.

— Ну, тогда до завтра! — И Стас протянул мне руку.

Пожав ее как можно крепче, я развернулся и направился к поджидавшему меня на дальней покрышке Сереге Сабурову.

— Офигеть, Смирнов! Ты где так петь научился? — услышал я вдруг за своей спиной Иркин голос.

Черт! После этого конфуза с песней я совсем про нее забыл. Обернувшись, я брякнул невпопад:

— Где надо, там и научился.

Но Ирка словно бы не заметила моей грубости и, с интересом глядя на меня, спросила:

— Ты вроде бы прогуляться приглашал? — Она подошла ко мне и взяла меня под руку.

Если честно, то к такой прыти с ее стороны я готов не был.