Абсолютно никакого понятия. Я не специалист в этой области медицины.

— У детей постоянно случаются порезы и царапины. Вы же видели не одну сотню и тех и других.

— Здесь совсем другое дело. Я не могу рисковать, выдавая ничем не подтвержденное предположение.

— Тогда используйте свое образование и предположите.

— Четыре часа, — сказал врач.

Я согласно кивнул. Я и сам предполагал, что именно четыре часа и были тем самым временем, если судить по струпьям на порезах, которые выглядели не совершенно свежими, но еще и не полностью сформировавшимися. Процесс их возникновения был непрерывным, но он внезапно прекратился, когда горло жертвы было перерезано, сердце остановилось, мозг умер и обмен веществ прекратился.

— Вы определили время смерти? — спросил я.

— Это очень трудно сделать, — ответил Мерриэм. — Практически невозможно. Обескровливание организма нарушает обычные биологические процессы.

— Но предположить вы можете?

— За несколько часов до того, как ее доставили ко мне.

— Примерно за сколько?

— Это видно по царапинам, оставленным гравием. Так насколько более четырех?

— Не знаю. Но не больше чем двадцать четыре часа.

— Других телесных повреждений нет. Ни кровоподтеков. Ни следов борьбы или защиты, — как бы про себя произнес я.

— Согласен, — подтвердил мои слова Мерриэм.

— Возможно, она не сопротивлялась, — предположила Деверо. — Возможно, ей приставили пистолет к голове. Или нож к горлу.

— Возможно, — согласился я. Повернувшись к Мерриэму, я спросил: — Вы проводили осмотр влагалища?

— Я считаю, что незадолго до смерти она имела половое сношение.

— Вы обнаружили кровоподтеки или разрывы в этой области?

— Внешних повреждений я не обнаружил.

— Тогда почему вы решили, что ее изнасиловали?

— Вы считаете, что это было по согласию? Вы бы легли на гравий, чтобы заняться любовью?

— Возможно, я бы лег, — ответил я. — В зависимости от того, с кем.

— У нее был дом, — сказал Мерриэм. — А в нем есть кровать. Да и машина с задними сиденьями. У любого из ее предполагаемых бойфрендов, должно быть, тоже есть дом и машина. К тому же в городе имеется отель. А еще полно других таких же городов. Так что совершенно не обязательно выбирать улицу местом свидания.

— В особенности в марте месяце, — поддержала врача Деверо.

В маленькой комнате наступила тишина, которая продолжалась до тех пор, пока Мерриэм не спросил:

— Закончили, — ответила Деверо.

— Ну, тогда желаю успеха, шеф. Надеюсь, что это дело пройдет лучше, чем последние два.

Мы с Деверо вышли на проезд, ведущий к дому доктора, прошли мимо почтового ящика, мимо дощечки с именем, вышли на тротуар и остановились возле ее машины. Я понимал, что подвозить меня она не собирается. Это не демократия.