Она смотрела в заднее окно, в ту же сторону, что и я. — Он, похоже, отсиживался где-нибудь в сотне ярдов отсюда, а как только последняя из опаздывавших машин проехала мимо, сосчитал до десяти и во всю прыть понесся к дому.

— Батлер стоял возле самых ворот Келхэма, — вспомнил я.

Часы в моей голове показывали одиннадцать часов сорок девять минут. Обязательность Батлера требовала особо сложных вычислений. Он находился на расстоянии трех миль от нас и должен был без колебания поехать назад на скорости в шестьдесят миль, а это значило, что здесь он окажется через три минуты.

Но он не начнет этот трехмильный пробег до тех пор, пока свет фар последней возвращающейся машины не станет виден с его места у ворот Келхэма. А эта последняя запаздывающая машина может ехать очень медленно из-за того, что водитель хлебнул лишнего, а также и из-за того, что они могли увидеть машину Пеллегрино, зловеще маячившую на обочине дороги. По моим предположениям, Батлер должен был появиться здесь через одиннадцать минут, то есть ровно в полночь, о чем я и сказал Деверо.

— Нет, он появится раньше, — произнесла Элизабет. — Последние десять минут прошли совершенно спокойно.

Он уже пять минут как отъехал от ворот. Я почти в этом уверена. Он должен появиться вскоре после Пеллегрино.

Мы наблюдали за дорогой.

Я открыл свою дверь и вышел из машины. Сделав шаг вправо, ступил на камни основания рельсового пути. Левый рельс, блестящий под лунным светом, был всего лишь в половине ярда. По моим прикидкам поезд находился в этот момент в десяти милях к югу от нас. Как раз сейчас он, возможно, проходил Мариетту.

Деверо тоже вышла из машины, и мы, устремившись навстречу друг другу, встретились за багажником.

Одиннадцать часов и пятьдесят одна минута. В нашем распоряжении девять минут. Мы внимательно смотрели на дорогу.

Деверо, отступив назад, раскрыла заднюю дверь.

— На всякий случай, — пояснила она. — Нам надо быть наготове.

— Слишком тесно, — поморщился я.

— Тебе что, никогда не доводилось заниматься этим в машине?

— Если бы машины делали достаточно просторными…

Посмотрев на часы, Элизабет сказала:

— Нам не успеть вовремя добраться до «Туссена».

— Тогда давай прямо здесь. На земле.

Затем улыбка на ее лице стала шире.

— А ты знаешь, мне это нравится, — объявила она. — Как Дженис Чапман.

— Если с ней и вправду было такое, — ответил я, снял с себя камуфляжную куртку и расстелил ее во всю ширь на траве.

Мы снова посмотрели на дорогу.

Сняв с пояса ремень с пистолетом в кобуре, Деверо положила его на заднее сиденье. Одиннадцать часов и пятьдесят четыре минуты. В нашем распоряжении шесть минут. Встав на колени и приложив ухо к рельсу, я услышал слабый металлический шепот. Едва-едва уловимый. Поезд… в шести милях от нас к югу.