— Последний привал перед восхождением, надо знать точную дорогу. Это по лесу можно передвигаться хаотично, просто зная направление и ориентируясь на солнце и звезды. А в горах нужна как минимум тропа.

— Где-то к югу от охотничьей деревни Дель Пэлле есть небольшая дорога.

— Там стоит пограничная застава. — Паоло нахмурился, видимо вспоминая карты. Образованная нянька, шатт его дери.

— Угу. Но есть несколько ответвлений. Одно из них как раз ведет в обход заставы, лазейка для нелегалов и торговцев запрещенными товарами.

— Боюсь, если о ней знаешь ты, то знают и местные стражники.

— Я много знаю того, чего не знает больше никто. — Не без некоторого самодовольства я посмотрелся в начищенный Элле медный чайник и скорчил сам себе рожу.

— Как ребенок, — укоризненно покачал головой железный зануда и чайник отобрал, пошел к ручью за водой.

— Как старик с маразмом, — ответил я. И показал ему в спину язык. Паоло на ходу передернул плечами, как почуял. А моя подглядывающая с помощью своих «нитей» жена тихонько рассмеялась и обняла меня за талию. И сказала:

— Я устала, хочу пить, есть и спать. А еще хочу, чтобы ты меня поцеловал прямо сейчас, пока наша строгая дуэнья в панцире занята хозяйством.

Вот уж на что я откликнулся с удовольствием. За эти полторы недели почти привык заниматься самоистязанием — целовались мы с женой много и часто, как только Паоло не повезет отвернуться. Но дальше не заходили, хотя я с ума сходил от сдерживаемого желания. Увы, даже моя слишком умелая иномирянка руки не распускала. Не настолько оказалась развратна, чтобы извлекать из меня всякие разные звуки под ухом у «брата».

— Хватит вам, — недовольно сказали за спиной. — Нужно понять, где именно мы вышли из леса и в какой точно стороне эта деревня.

Я оглянулся вокруг: местность была действительно незнакомой. Горы примерно равной величины, запомнившихся мне узких пиков тоже не видно. Может, создать гончих да отправить их на разведку? Порыскают по округе, поищут ближайшие деревни. А там уже под маскировкой у кого-то из местных спросим дорогу.

Заикнулся было, но мой взгляд снова упал на железную дуэнью. Я прямо услышал его категоричные причитания в голове: нельзя звать богомерзкую нежить. Нет, мы его на пару с Элле, может, и убедим, но перед этим часа ж три будем лаяться. Оно мне надо?

Пока я выбирал наиболее приемлемый вариант, наблюдая за кашеварящим Паоло и что-то ковыряющей в котелке с едой совой, снова столкнулся взглядом с большими желтыми глазами.

— Шатт, — тихонько произнес я, отползая на несколько метров ближе к кустам. — Ну что опять?!

На этот раз на дереве сидел не огромный филин, а едва заметный домовой сычик. Неужто скотина понял, насколько палится? Но аура у этой махонькой птички была все такая же тяжелая.