Потом обернулась и посмотрела, сколько других дураков пристроилось к нам в хвост. На самом деле мы порядочно отстояли под дождем, и до двери в храм оставалось не так много шагов по лужам. — Тогда мы можем и сами подзаработать. И это не вызовет подозрений.

— Подозрений не вызовет. А вот зависть — вполне, — вздохнул Паоло. Что, он уже переварил саму мысль о возможности такого нечестивого заработка? Похоже. Или решил, что раз святой ненастоящий, то и ничего зазорного в продаже очереди нет? — Тут половина народа непонятно кто и непонятно откуда. Приходи кто хочешь… Достаточно взглянуть на нас.

— Да вон уже сосед побежал продавать, — хихикнула жена и кивнула на того самого паломника, что больше всех подслушивал наши разговоры. — Хочет успеть цену лучшую взять. Если что, отговоримся, что просто взяли с него пример. Мы бедные паломники, нам переночевать надо, чтобы завтра еще раз навестить святого. А денег нет.

В общем, я сам не верил, но дельце выгорело. На троих мы выторговали почти серебряник. А чтобы меня добить, торговался в основном Паоло. Я только потом уже вспомнил, что наш паладин, как адъютант командира, всегда занимался снабжением отряда, обозами, пересчетом добычи, трофеями, кладовыми, припасами, новыми доспехами… короче говоря, деньги считать умел.

Я еще раз окинул одобрительным взглядом высокую фигуру брата. Хорошее я все-таки организовал приобретение в семью. Полезное. Будет за покупками на рынок ходить. А потом и жену ему хорошую найдем. Пусть размножается, моему будущему сыну, как великому наследнику некромантов, тоже не помешает хозяйственный соратник и кузен. Может, даже пара-тройка. Да, три будет в самый раз, главное теперь — заставить Паоло произвести нужное количество. А самое главное, это должны быть именно сыновья. Девки в соратники темного мага не пойдут!

— Ну что, как раз к вечеру и попадем в гробницу, — подытожила Элле, дожевывая пирожок и пристраиваясь в самый конец очереди. — На сытый желудок и стоять веселее.

— Мне кажется или тут почти все наши соседи по прежнему месту? — Я прищурился на ближайший мешковатый капюшон. — А вон тот ушлый тип уже второй раз очередь продает!

— Да пусть его. Нам хватит, — решил паладин, тоже подобревший после сытного обеда. Как раз наторгованного почти серебряника и хватило. Трактирщики здесь обнаглели вслед за лавочниками.

Уже стемнело, когда мы наконец попали в палаточный временный храм. И первое, что сказала Элле, разглядев в прозрачном хрустальном гробу тело Филиппа, было:

Где-то я уже слышал эту фразу. Мне начинать ревновать?

— Ну, в чем-то я понимаю Имран… и не уверена, что ее любовь была просто восхищением, как у тебя, Паоло.

Филипп был как никто похож на спящего сказочного эльфа. Огненного.