Потрясающее представление! Один из зрителей в первом ряду не выдерживает и говорит в пространство, забыв обо всем, кроме зрелища:

– Да как это возможно?! Это потрясающе! Как они смогли такого добиться?!

И тут один из крокодилов, самый тощий и маленький, оборачивается и грустно так отвечает:

– Если бы вы знали, как нас тут… факают!

Я смотрел за лицом Сьюзен и ожидал, что она сейчас скривит гримасу или удивленно поднимет брови – мол, и над чем смеются эти идиоты-русские? Но она вдруг заливисто, громко захохотала, а потом, захлебываясь, заливаясь слезами смеха, сказала:

– После того, как ты меня факал, я готова пролететь сквозь горящий обруч! Понимаю этих крокодильчиков!

Вообще-то в оригинале было не слово, в переводе означающее «факал», а другое – матерный синоним «бьют», но говорить об этом не стал.

Зачем? Так, мне кажется, интереснее. Тем более что так сказать… погода навевает.

А потом мы пошли есть остывшую китайскую еду. Слава богу, упакована она была очень добротно и совсем уж остыть не успела. «Оранжевый цыпленок», острый суп хулатан, говяжий стейк с овощами в соусе, ребрышки, крылышки – я даже удивился, сколь много Сьюзен набрала еды, как на неделю! Но она заметила мое удивление, поняла и наставительно сказала:

– Ты потратил много сил и должен их восстановить.

Чтобы повторить! Мужчина должен есть мясо и удовлетворять женщину! Иначе на кой черт он вообще нужен?!

Я протестовать не стал, хотя с ходу мог бы назвать еще десяток дел, на которые сгодится мужик. Есть и правда хотелось так, что аж живот у меня забурчал, потому я тут же взялся за дело и начал поглощать еду со скоростью голодной гиены. Только треск стоял!

Сьюзен ела аккуратно, без жадности и довольно-таки мало.

Опять же, на мой удивленный взгляд и невысказанный вопрос тут же ответила:

– Женщине нужно держать себя в форме, и как это сделать, если будешь есть, не думая о последствиях? Мужчинам легче…

– Ты феминистка? – усмехнулся я, вытирая с губ сладкий острый соус. – Или просто завидуешь мужчинам?

– Завидую, конечно! Я бы хотела стать мужчиной! И многие женщины хотели бы! – улыбнулась Сьюзен. – Вам, мужчинам, больше свободы, больше интересной работы… А женщинам что? Только семья и дети? Попробуй устроиться на мужскую работу! Столько нужно пройти препятствий, что никогда преодолеть и не сможешь!

Она посмотрела на меня, и вдруг ее глаза сузились:

– У тебя ранения были? Это пулевой шрам, я знаю.

Видела такие у тех, кто был во Вьетнаме. Ты воевал?

– Не помню. Я же уже говорил – я не помню себя до 1970 года. Кто я, что я – мне не известно. Так что… вот так. Прими как есть. И что там насчет сценария?

– Наелся? Теперь выпей бокал вина, и пойдем читать.

Вино было очень легким, молодым, розовым.