Вадим всё это время сидел в одной и той же позе, не шелохнувшись, за эти пять минут, он узнал больше личного о ней, чем за восемь месяцев их отношений. Исследуя её тело своими руками, губами, языком, он не нашёл следы того, что она была беременна или рожала — ни шрама от скальпеля, ни растянутой кожи в районе живота.

Катя никогда не заводила разговор о детях, избегала лишних вопросов, оказывается, вот почему. Он-то думал, что она сама в детстве застряла, а у неё жёсткие проблемы со здоровьем, и, кажется, с головой. Может, просто врёт?

* * *Катя вылетела с совещания пулей, стоило ей исчезнуть, как братья начали ругаться между собой.

— Братишка, ты чё к ней прицепился?! Она и так нервная, чё ты дразнишь её постоянно в последнее время? Её мать достаёт постоянно, брат с катушек слетел, ещё Лёня тут, блять, отмочил.

— А то, Макс, я тут с её братом двоюродным в автосервисе разговорился. Она в аварию попала! Просто всей бочиной бетонное заграждение проскребла на трассе!

— Что? Когда? — вытаращил глаза Макс.

— Когда мы в отпуске были, он ей тачку всю отрихтовал.

Вадим подошел к Максиму и они посмотрели запись с дорожных камер, её плавный поворот руля и встреча с бетоном. Ей повезло, что скорость была небольшая, из-за дорожных работ. Время на видео — четвёртый час ночи. У неё была бессонница?

— Она уснула за рулём! — дрожащим голосом сказал Павлик. — Видите, как она вышла из машины, качается просто на месте. Я видел у неё из сумочки как-то таблетки выпали, ни слова по русски, она что-то принимает? Катя постоянно спит на ходу! Что с ней? Почему вы молчите и ничего не говорите?!

Максим переглянулся с Вадимом, на лице которого было написано крупными буквами: «Потому что мне пофиг».

— Ей будет тридцать два года. Давно совершеннолетняя, имеет право делать, что хочет, нас это не касается.

— Ну и нахер иди, мы сами с ней поговорим! — бросил ему Павел. — Пошли, Макс, съездим к ней вечером, я извинюсь, может, поговорим нормально.

— Алису давай с собой возьмём, при ней хоть не убьёт, — робко улыбнулся Макс.

* * *Сказал Вадим одно, а сделал другое — нашёл её точку на карте, возле ресторана и направился туда. Надо было срочно выяснить, что у неё за фарш в голове, который она там прокручивает, изредка вываливая ошмётки мяса наружу. Вадим не знал, какое из чувств сильнее — злость или… Он не успел додумать, когда возле её кабинета в ресторане, услышал ругань двух голосов — мужской и женский.