— Он же хренов экскаваторщик, он себе под домом бункер вырыл! — подскочил на месте Вадим.

Кто бы мог подумать, что дотошного маньяка сдаст собственная внимательность к счетам и скупердяйство.

* * *Когда знаешь, что и где искать, поиски идут гораздо быстрее. Открывая дверь в тёмном коридоре с мигающей лампочкой, Вадим точно знал, что Катя за ней. В маленькой серой комнате он не замечал ничего, кроме койки у противоположной стены, одеяла и тела под ним. Вадим вбежал в камеру пыток и ринулся к койке, братья за ним.

Бледная исхудавшая рука накрывала два маленьких кулька из белых полотенец рядом с ней, на них была кровь, кульки были с красными сморщенными лицами и кряхтели, а вот она не издавала ни звука, даже не слышно было дыхания. Перевернув её на спину, он начал тормошить её.

— Катя! Катя! Катя! — кричал он, как не кричал раньше никогда.

Два маленьких свёртка закряхтели сильнее, но ему было не до них, он проверил ей пульс на шее, он еле прощупывался. Наконец, Катя открыла мутные глаза, что стоило ей больших усилий.

— Великан… Ты нашёл меня. Ты всегда находишь…

Он обернулся к братьям, которые оцепенели от ужаса смотрели на багровое пятно, расплывающееся на койке. Вадим откинул одело и чуть не закричал, её белая ночная сорочка ниже пояса была бордового цвета.

* * *Катя лежала на его руках, на заднем сиденье машины, которая мчалась в больницу. Между её ног было зажато полотенце, которое насквозь пропиталось кровью, он лишь плотнее закутал её в одеяло и прижал к себе.

— Потерпи, Катя, пожалуйста, потерпи! — кричал Вадим, не давая ей потерять сознание.

Катя отчаянно пыталась совладать со своим языком.

— Нагнись ближе… Я хочу тебя касаться… — тихо прошептала она, делая последнее усилие, чтобы поднять руку и дотронуться до его щеки.

Сил не хватило, её ладошка безвольно упала вниз, Вадим подхватил её и прижал к своей щеке, целуя в тыльную сторону.

— Я здесь. Я с тобой. Всё уже позади.

— Мне нужно… тебе сказать… — выдохнула она, и одинокая слёзка вытекла из уголка её глаз.

— Скажешь потом, а сейчас потерпи, любимая, пожалуйста. Осталось немного, — шептал он ей, целуя в холодный бледный лоб."

"— Мне надо… сказать… сейчас… — прохрипела она. — Я влюбилась в тебя сразу… В тот день, когда увидела тебя… Я будто знала тебя всю жизнь… и мне было с тобой так тепло… и я подумала, что никогда ты не полюбишь… такую сумасшедшую бабу как я…

Она улыбнулась бледными губами. Целуя их, у него пошли мурашки по коже, ему показалось, что он целует покойницу в холодные губы.

— Не бросай их… ты нужен им… без меня… они будут совсем одни… — прошептала она. — Пообещай мне… пообещай…

— Катя мы сейчас приедем в больницу и всё будет хорошо!

— Пообещай… — прошептала она и слёзка скользнула по её виску.

— Я обещаю.