Кто упрямо борется со смертью, несмотря ни на какие обстоятельства! Вот, например, вам краткая байка: служил как-то наш брат-русак во Французском Иностранном легионе, где-то в Азии в конце прошлого столетия провалился в ловушку с заостренными кольями на дне – и на такой кол насадился! Его, конечно, списали – хоть и вытащили, тяжелораненого… Думали все, помрет! А он взял, да и не помер – хотя представьте себе, какая там царит антисанитария… Это я к чему – человека, всерьез желающего жить, убить сложно. А мечты как раз и поддерживают в нас жажду жизни!

Мне осталось лишь замолчать, признавая правоту Андрея, и тот, окрыленный успехом, тотчас обратился к Георгию:

– Скажи мне, брат Жорж, лучше вот что: если я найду в Сарыкамыше публичный дом – ты и его посещение возместишь?

Георгий едва не поперхнулся от такого вопроса, и наш балагур быстро затараторил, пытаясь за время небольшой заминки, образовавшейся после его высказывания, довести свою мысль до конца:

– Да ты не бойся, мы же Степана брать не будем, ибо семейный, и Самсонова – ибо занудный! Только вдвоем посетим? Ну, представь – это же Азия, дух гарема, одалиски в прозрачных одеяниях и лица восточных красавиц, скрытые вуалью? Комнаты с мягчайшими подушками, окуренные специальными горными травами, пробуждающими естественные желания… Где еще это возможно посетить, если не здесь?!

Я не удержал ехидного смешка:

– Ну, вот они, две извечные мужские темы – еда и бабы! Андрей, ну-ка отставить разлагать личный состав похабщиной! Георгий, не верь ты этому прохиндею – и даже если найдется здесь публичный дом, то я не советовал бы его посещать.

Серьезно! Сифилис, говорят, жуткое заболевание, в тяжелых стадиях от него сгнивает мозг. Ну и без носа как-то, знаешь ли… В обществе появляться не принято. Ах да – потерять мужскую силу, будучи еще неженатым и не оставив после себя отпрысков, звучит совсем уж тоскливо.

В глазах Жоржа, по первости затуманившихся при упоминаниях об одалисках, мелькнуло неприкрытое отвращение, а вот «балагур» посмотрел на меня с какой-то дикой смесью негодования и возмущения, после чего неожиданно предложил:

– Если сейчас же вернешь все свои слова назад и успокоишь Георгия, так и быть – позовем с собой!

Эту очевидную шутку встретил громкий мужской смех собравшихся в ячейке.

Ничего не скажешь, напряжение, взвинтившееся в душах после моих слов, Андрею удалось сбросить…

Остаток дня, вечер и ночь прошли на удивление спокойно, хотя где-то впереди (и как я понял, несколько западнее) шел бой. Позже выяснилось, что большинство солдат пограничной стражи не отступили с перевала Бардус в сторону города, а заняли оборону у высот Орлиное Гнездо и Воронье Гнездо, представляющих собой, по сути, участки скалистой гряды.