Динка улыбнулась сквозь слезы и покачала головой: — Уже не плачу. Больше не буду.

— Так-то лучше, — сощурившись, проговорила кроха.

— Папа Шторос, — вдруг сказала она неожиданно строго, глядя Динке за спину. — Ты сегодня кушал?

— Еще нет, — с улыбкой проговорил Шторос, выбираясь из ванной и обвязывая вокруг пояса полотенце. — Но я знаю, кого я сегодня съем на ужин, — неожиданно зарычал он и, страшно оскалившись, бросился на малышку. А та, вместо того, чтобы убегать, со счастливым визгом бросилась ему на шею.

— Думаешь одной маленькой непослушной козочки мне будет достаточно, чтобы утолить мой зверский голод? — рычал он, щекоча малышку, а она с визгом и хохотом отбивалась, пока не вывернулась и не уселась ему на плечи, ухватившись ручонками за рога.

— Я тебя победила, страшный зверь! — завопила она и пятками ударила его по груди. — Вперед!

Шторос опустился на четвереньки и звериными прыжками обежал просторную ванную комнату, резко затормозил у ванны и, спрятав рога, сбросил крошечную наездницу прямо в чашу с водой. И в этот момент Динка увидела ровный мощный поток силы, что исходил от малышки и непрерывно вливался в Штороса.

Так вот кого надо благодарить за то, что он все еще жив! Малышка с самого своего рождения наделяла своих четверых отцов силой, замещая пропавшую мать, и давала им не только жизненную силу, но и наделяла их жизнь целью и смыслом.

Играя с ребенком, Шторос снова становился прежним, забывая свое горе и одиночество.

— Чья она? — шепотом спросила Динка Хоегарда, накинувшего ей на плечи большой пушистый халат.

— Наша, — просто ответил Хоегард, приобнимая Динку за плечи и вместе с ней наблюдая, как Тирсвад с Даймом выуживают из ванной барахтающуюся и брыкающуюся девчонку и заворачивают ее в большое полотенце.

— Чур я сижу с мамой! — прокричала Дианка, пробегая мимо них и шлепая по мраморному полу маленькими босыми пятками.

Стол был накрыт в той самой комнате с камином и шкурами, в которую Хоегард уже приводил Динку. Четверо варрэнов вместе со своей Варрэн-Лин уселись за стол и жадно набросились на еду. Вскоре примчалась маленькая Дианка и, не найдя для себя места, забралась к Динке на колени, таская из ее тарелки самые вкусные кусочки. А Динка сжимала в руках маленькое мягкое тельце, вдыхала полной грудью запах русой макушки и едва сдерживала слезы счастья.

А потом они валялись на полу на шкурах, в беспорядке переплетаясь телами, лаская друг друга и целуясь. А маленькая девочка Дианка скакала по ним сверху, с визгом уворачиваясь от щекотки и поцелуев.

Укладывать Дианку спать отправились все впятером. У Дианки была маленькая уютная спальня, похожая на берлогу розового медведя.