Но есть и другие, бесконтактные, хотя и более сложные.

— Действуйте, — дала я добро. — Только сначала… у вас не найдётся портального кольца?

Она появилась странно…

Но, что гораздо важнее, в самый подходящий момент. Ибо ещё немного, ещё чуть-чуть, и я упал бы на пропитанную тёмной кровью землю, и был бы втоптан в неё, или доеден обезумевшей нечистью, которая уже толком не сражалась с людьми, а опьянённая смрадом беспощадного боя, бросалась на любое более-менее пригодное к пище существо.

Она переместилась сюда с помощью кольца, что сверкало на пальце, и что само по себе вызывало массу вопросов... как и то, что она возникла в воздухе… в разорванном окровавленном платье, но озарённая синеватым светом, вся пропитанная потусторонней магией…

Раскинув руки в стороны в незримых объятьях, она позвала нежить на гортанном, понятном лишь нежити языке. Я тоже его понимал и очень хотел слушать… и слушаться...

Мы все теперь слушали её… побросали мечи, оторвали уродливые зубастые головы от трупов, перестали добивать своих и чужих… попятились, а потом и вовсе отвернулись от Эрхейвена и пошли, поползли и полетели к госпоже…

Бросив обломанный меч на землю, я как мог похромал к ней.

А потом стоял, тихо, не шевелясь, как и все мы — переиначенные души, усыновлённые дети мастеров из рода Раварсгардов и Гурдахаров, — а теперь её дети…

Я стоял и смотрел то на синий свет, сочившийся из её глаз, то на плавные движения её рук, которыми она восстанавливала разделяющую наш мир и мир людей защитную сеть, вплетая поверх сложного золотого плетения светящиеся синим нити…

Это было долго. К тому моменту все люди — источник горячей, живой крови и плоти уже покинули Синдурр. Я не жалел об этом. Мы все больше не жалели. Мы насытились. Мы — те оставшиеся, кто не заснул вечным сном и не был упокоен человеческими магами… Теперь надо было возвращаться в свои углы, на свои места, в тёмные, влажные леса, в вязкие, топкие болота, в остовы городов, где поселился вечный туман…

Только у меня здесь не было места. Моим домом всегда был человеческий замок Грейворков. Но сеть восстановлена. Она крепка, как никогда. Значит в Рейфорг больше нет пути.

Вдруг я почувствовал смятение. И вину. Тяжёлое гнетущее чувство. Это было так странно. Мы все обрели разум, а вместе с ним осознание и ужас от содеянного.

Меж тем надвигался рассвет. Толпы нежити медленно расходились в разные стороны. Мне тоже следовало спрятаться. Вот только я не знал, куда идти, поэтому бесцельно пошёл по полю.

Сколько я так бродил? Час ли? Больше?

Когда все разошлись, и небо на востоке стало розово-золотым, рядом с местом, над которым парила госпожа, открылся портал. Из него вышли три молодые ведьмы и маг в сером одеянии. В руках человека в сером лежал небольшой продолговатый свёрток.