И верхние конечности, и нижние, и даже пятая точка напряглась, а расслабиться позабыла… Это ж какой позор – быть пойманной за руку при попытке что-то украсть! И не важно, что ты просто хотел достать свое же имущество! Достаешь-то из чужого кармана…

Шли томительные секунды, потом минуты… Люди вокруг шевелились, что-то говорили, мимо несколько раз прошел бортпроводник… Но весь мир превратился в размытое пятно, а звуки отдавались в ушах смутным гулом.

Это были самые странные и страшные пять минут моей жизни. Минуты, когда я уже успела себе представить весь грядущий позор и унижение.

И с каждым новым биением сердца моя ненависть к Владиславу нарастала. Это же он виноват во всех отвратительных переживаниях, которые свалились на мою голову…

А он, как ни в чем не бывало, глубоко вздохнул, чуть пошевелился, устроил мою ладонь под своим пиджаком, чтобы было удобно, прижал ее покрепче… и продолжил дальше сопеть!

От облегчения все тело превратилось в желе, готовое стечь под кресло. Похоже, мгновенное разоблачение, а потом позор, мне уже не грозили. Провести пару часов, обнимая чужого, совсем не знакомого мне человека показалось не такой уж и противной перспективой.

Тем временем, этот человек решил доставить мне новую порцию удовольствия: теперь уже свою руку положил сначала на коленку, погладил ее, как свою собственную, что-то промычал удовлетворенно… Я уже почти заорала от возмущения, но быстро вспомнила, что нахожусь в самолете. Люди бы точно не поняли, зачем создавать переполох?

А «Славон», тем временем, уже добрался до бедра. Помял его, словно примериваясь, потом начал ощупывать талию… Попытка остановить его наглую конечность ничего не дала: он просто стряхнул мои пальцы, и спокойно ухватился за грудь.

Самая наглая и беспардонная провокация из всех возможных! И самая унизительная. Потому что смелости не хватало что-то сделать в ответ.

Теперь мужчина практически лежал на мне. Голову опустил с плеча еще ниже. Она лежала на левой моей груди, рука – на правой. Отлично устроился, нечего сказать.

Стюардесса, шедшая мимо, поймала мой взгляд и задорно подмигнула. Наверное, мы выглядели очень милой уютной парой. Парнишка утомился и прикорнул на теле своей любимой…

А мне оставалось только прикинуться сусликом, замереть и не дергаться. Каждое лишнее движение заставляло Владислава прижиматься ко мне еще плотнее, интимнее и все более возмутительно.

Спина затекла, ноги занемели. Шея болела от слишком долгих попыток держать ее ровно. И даже телефон было не достать, чтобы понять, сколько мне еще осталось времени до посадки. Я просто дико устала. Хотела добраться до дома и навсегда забыть об этом неприятном человеке.