– жалобно застонала она, поднимая голову с пыльных половиц и чувствуя, как у неё отчаянно ломит всё тело. – Я спать хочу-у-у… Вадим Андреевич, что же вы так кричите, что случилось?..

– Мы с вами наконец доигрались! – драматическим шёпотом возвестил Кленовский, косясь на прикрытую дверь. – Я узнал о вчерашнем в «Савое»! Натурально сразу же помчался узнавать о вашем самочувствии – и вижу внизу во дворе машину! Там приехал серьёзный товарищ с «маузером» за вами! Из ЧК!!!

– Да?.. Опять?.. – вяло переспросила Нина, усаживаясь на полу. – И что ему надо?

– Ниночка, это не шутки! Это большие неприятности! Прошу вас, одевайтесь и выйдите к товарищу, не заставляйте его ждать! Ну почему они не идут к вашим Охлопкиным, там же столько всего для них интересного! – Кленовский, как озабоченный жук, бегал по маленькой комнате, то и дело поглядывая на дверь. – Пусть там им покажут самогонный аппарат и Никифора, который торгует краденым! Пусть они на всё это внимательно посмотрят! Зачем им нужна несчастная цыганская вдова с двумя детьми?! Ниночка, быстрее, быстрее же! Хотите, я поеду с вами?

– Ещё не хватало! Вадим Андреевич, да позвольте же привести себя в порядок! Отвернитесь… О-о, боже мой, да чего же им ещё от меня нужно?!

«Серьёзный товарищ с «маузером» расхаживал взад-вперёд по общей кухне. Из коридора за ним со священным ужасом наблюдали обитатели «петуховки». В недрах квартиры слышалось чуть заметное журчание: прачка Маша в своей комнате оперативно сливала в щель под полом самогон. Когда Нина в строгом чёрном костюме и шляпке вышла в кухню, гость обернулся к ней и оказался молодым чернявым парнем со свежей царапиной на небритой щеке.

– Фёдор Приходько, – коротко представился он. – Вам надо бы ехать со мной, Антонина Яковлевна.

– Вы меня арестовываете? – осведомилась она. – Но за что?

– Это не арест. – Приходько в некотором замешательстве окинул взглядом просунувшихся в дверь соседей. Взъерошенные головы тут же попрятались.

– Гражданка Баулова, мы не можем здесь говорить, – официальным тоном заявил он. – Прошу вас следовать за мной. Это не арест, просто обычная формальность. Вам надо подписать одну бумагу. С собой ничего брать не нужно.

Пожав плечами, Нина перебросила через руку плащ и быстро пошла следом за молодым чекистом.

На улице, у калитки, дожидался знакомый чёрный автомобиль. Приходько открыл дверцу для Нины, она торопливо, без всякого изящества опустилась на жёсткое сиденье и встревоженно посмотрела на своего спутника.

– Так в чём же дело, товарищ Приходько?

Тот, не отвечая, старательно рылся в своём кармане. Нина с растущим изумлением смотрела в его осунувшееся от недосыпа лицо с трёхдневной щетиной.