Стиснув зубы, пытаясь овладеть собой, Калеб взял карты в руки.

— Ухти-ухти, — произнесла себе под нос Виллоу. Несмотря на напряженность в теле, Калеб засмеялся. Виллоу зарекомендовала себя отличным дорожным компаньоном: она никогда не жаловалась и обладала поразительным чувством юмора. Она оказалась совсем не такой, какой, по его понятиям, должна быть испорченная девица.

— Надо по-другому, голубушка.

— Ничего другого не остается, — возразила Виллоу. Она положила на седло три карты лицом вниз. — Пожалуйста, дайте мне три карты.

Покачав головой, Калеб сдал ей затребованные три карты, подложив отвергнутые под низ колоды.

Виллоу с восхищением смотрела на точные и быстрые движения его рук. Для нее это оказалось неожиданным, ибо она всегда считала, что столь могучий человек должен быть слегка неловким. Она взяла карты и взглянула на них, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица, что, по словам Калеба, было совершенно необходимым условием для игры в карты.

— Что, так плохо? — с сочувствием спросил Калеб.

— Вам потребуется пятнадцать сосновых иголок, чтобы выяснить это.

Калеб улыбнулся, вспомнив категорический отказ Виллоу играть на деньги, отсчитал пятнадцать сосновых игл из находящейся перед ним кучки.

— Открывайте, — сказал он.

— Семь, шесть, — называла Виллоу карты красной и черной масти по мере того как открывала их, — пять, четыре и два.

— Это лучше того, что я имею?

— Голубушка, любая комбинация лучше того, что имеете вы.

Калеб оторвал взгляд от своих карт и снова посмотрел на никудышную карту Виллоу.

— Вам должно чертовски везти в любви, потому что как картежный игрок вы и цента не стоите.

— А вот вы игрок великолепный, — будничным тоном сказала Виллоу, наблюдая за Калебом из-за опущенных густых ресниц.

— Так бы и было, если бы она существовала. Еще партию?

На какое-то время Виллоу онемела от изумления.

— Вы хотите сказать, что не верите в любовь?

— А вы хотите сказать, что верите? — парировал Калеб, с поразительной скоростью тасуя карты.

— Во что же вы в таком случае верите?

— Относительно того, что может быть между мужчиной и женщиной?

— В страсть, — лаконично ответил Калеб, чувствуя, как желание нахлынуло на него с новой силой.

Говоря это, он продолжал тасовать карты, демонстрируя неимоверную, поистине фантастическую ловкость рук.

— И это все? Всего лишь страсть? — спросила Виллоу почти шепотом.

— Это больше того, что обычно мужчины получают от женщины. — Калеб пожал плечами и стал сдавать карты. — Женщины ждут от мужчины заботы о них. Мужчины хотят согреть женщине постель. Женщины называют это любовью. Мужчины называют это совсем другим словом. — Он взглянул на Виллоу — Не надо делать вид, что вас это шокирует, миссис Моран.