Но разве она могла подумать, что Стивен будет заниматься чисткой лошадей?

После того что ей наговорила Сесилия, она думала, что Стивен не встает с постели.

Желая избежать встречи еще с кем-нибудь, Одри прошла мимо оранжереи напрямую к конюшне. Боже, она, вероятно, вообще совершила ошибку, приехав сюда! Ей уже следовало лететь в самолете на Роти, вместо того чтобы изливать душу Стивену.

Конюшня была построена в виде буквы «Г», частично закрывая небольшой дворик для разминки лошадей. Здесь их прогуливали после быстрой езды. Стивена нигде не было видно: ни во дворе, ни внутри конюшни. Возможно, он уже куда-нибудь ушел.

В конце здания она увидела открытую дверь, которая вела на сеновал, и, хотя ей очень не хотелось идти в полутемное помещение, Одри все же решила довести дело до конца и убедиться в том, что объекта ее поисков здесь нет. Запах сена, кожи и резкого конского пота ударил ей в нос.

Стивена она увидела, едва переступила порог. Он накладывал вилами сено в кормушку, а за его плечами в стойле стояла, судя по очень толстому брюху, жеребая кобыла и жевала овес. Господи, неужели тут больше никого нет, кроме Стивена? А если кобыла начнет жеребиться?

– Что тебе нужно? – резко спросил он, и она почувствовала исходивший от него запах алкоголя.

Значит, Сесилия ничего не преувеличивала! Казалось, он вовсе не удивился, увидев Одри. Создавалось впечатление, что он ожидал ее.

– Значит, так ты меня встречаешь… – Одри почувствовала, как волнение вновь охватывает ее. В поношенных джинсах и грязной рубашке он выглядел таким привлекательным! Она так хотела увидеть его, что и речи не могло быть хотя бы о малейшей объективности.

– А чего другого ты ожидала? – ответил Стивен, глядя на нее из-под нахмуренных бровей.

Он выглядит таким усталым, подумала Одри. И очень циничным. И все это из-за меня? Или я льщу себе?

– Ты знал, что я приеду? Твоя мать сказала тебе…

– Моя мать ничего не говорила мне. – Его губы искривились. – Ясно, что она на твоей стороне. Я слышал, как с ней недавно разговаривал дворецкий.

Стивен пожал плечами.

– Во всяком случае, я подумал, что это была она.

Одри нервно облизала пересохшие губы.

– Если ты не хотел, чтобы я приехала, почему не сказал ей об этом?

– Что?! Меня еще в чем-то обвиняют! – Он отбросил вилы в сторону. – Да, я хочу услышать, что ты мне скажешь. Зачем же мне противиться твоему приезду? Ты целых десять лет поступала так, как тебе хотелось.

– Нет? – Он устало откинул рукой волосы. – Извини, но я не припоминаю, чтобы меня спрашивали о моих чувствах.

– Ты… ты имеешь в виду Кена?

Стивен сердито посмотрел на нее.

– Я полагал, что между нами существовало нечто гораздо большее, чем боязнь иметь нежеланного ребенка.