– Я хотела сказать ему…

– Так почему же не сказала?

– Потому… потому что… потому, что он спал со мной… – Потому, хотела она добавить, что я поняла: он может причинить мне боль…

– Потому, что он тебе неприятен? – спросила Сесилия. – Может быть, ты вообще хотела вычеркнуть этот период из своей жизни?

– Тогда в чем же дело?

– Потому, что я люблю его, – с болью произнесла Одри. – И Кен наш с ним сын.

Сесилия долго и внимательно смотрела на Одри. Затем, когда та начала чувствовать себя неуютно от ее взгляда, проговорила:

– Ты думаешь, я должна поверить в это? И мой сын спивается только потому, что ты любишь его?

– Тогда отчего он упал в обморок?

– Да… вы говорили, что он пьет…

– И пьет здорово с тех пор, как Трейси выгнал его с работы. И ты не знаешь, что это произошло из-за тебя? Но это правда. Он не сообщил, где ты находишься. Кто-то другой отправился на Роти, чтобы разыскать тебя.

Одри облизнула пересохшие губы. Совершенно очевидно, что Стивен не рассказал матери о том, что виделся с ней на острове. Трудно сказать, хорошо это или плохо. Ей с трудом верилось, что она призналась Сесилии, что любит его. Но теперь сказанного не вернешь.

Сесилия протянула руку.

– Тебе больше нечего сказать? Не думаешь ли ты, что у Стива есть шанс? Ведь ты сказала, что любишь его. Тогда докажи это. Скажи ему об этом, дорогая. И пусть он решает, что делать дальше.

Это напомнило ей то время, когда она впервые приехала в Гринланд. Весна только началась, но погода стояла исключительно теплая. Одри захотелось прогуляться, и она попросила шофера такси остановиться у ворот. Вдоль дороги к дому росли тюльпаны, а кругом летали птицы. Возле кобыл, которых выращивал Грег, резвились жеребята, и вся природа как бы замерла в ожидании чего-то.

Но что ожидает меня? – подумала Одри, вступая на гравийную площадку перед входом в дом и каждой клеточкой ощущая тревогу за будущее. По иронии судьбы, она приехала сюда, чтобы повидать Стивена. Подобно раненому животному, он, видимо, приехал в родной дом, чтобы залечивать раны. А вернее, чтобы утвердиться в своем решении. По словам матери, он избегает общества, редко бывает трезв и не знает, как жить дальше.

А знает ли она, как ей жить?

Отбросив с лица волосы, Одри огляделась. Она знала, что Сесилии здесь нет, а Грег уехал в Германию на ярмарку-распродажу лошадей.

Оставался сам сэр Харлан, но Сесилия предупредила, что он будет работать в своем кабинете, и пообещала позвонить дворецкому, чтобы тот встретил Одри.

Казалось, все обстоит благополучно, но все же она нервничала.

Одри никак не могла свыкнуться с мыслью, что вновь находится здесь. Пожелает ли Стивен встретиться с ней? Ведь он хотел вычеркнуть ее из своей жизни. Во всяком случае, он так сказал. То, что его мать не верила ему, ни о чем не говорит.