Полковник посмотрел на Тимохина:

– Твое мнение, Саня?

Вместо ответа командиру сводного отряда Тимохин выкрикнул в коридор:

– Штатные офицеры группы «Орион», ко мне!

Подошли майор Горин и капитан Шепель.

Александр приказал подчиненным:

– Быть в готовности работать внутри секретного объекта!

Офицеры поправили оружие, экипировку, показав без слов, что всегда готовы к бою.

Повернулся к вьетнамцу:

– Мы войдем внутрь секретной части сразу за тобой.

– После моего сигнала голосом!

– Хорошо! После твоего сигнала голосом.

Крымов отдал приказ гранатометчику.

В комнате прогремел сильный взрыв, от которого, как показалось, вздрогнула вся гора. Сверху посыпались камни. И само помещение, и коридор затянуло гарью и пылью. В этом бедламе Тимохин не заметил, как от него отошел проводник. Только что был рядом, и… исчез, словно растворился в удушливом облаке, потянувшемся по коридору на выход из горы.

Чао Чон, застывший за стеной прихожей, нервничал. Вот-вот что-то должно произойти. Открыть дверь неизвестные не смогут, значит, будут подрывать. Рвать замки взрывчаткой. Но он не ожидал гранатометного удара. Заряд «Мухи» прожег первый слой брони двери и разорвался, не выйдя за ее пределы. Мощный взрыв, прорвавший бронированную плиту, как картон, на куски, оглушил охранника секретной части, заставив присесть от неожиданности. Потеряв ориентировку, но помня инструкции Кумати, не обращая внимания на звон в ушах и огненные зигзаги в глазах, Чон открыл огонь по полу, переводя автомат слева направо, вперед и назад. Он бил по дну входного тоннеля, убежденный в том, что атакующие силы будут или перемещаться по полу, или прямым броском прорываться к лестнице. Он не стрелял в сторону развороченного входа. А именно там, посредине проема, во весь рост встал, подняв автомат, проводник российского спецназа, Тэу. Пули, рикошетом метающиеся между стен, издавали противный визг. Но вьетнамец не стрелял. Он ждал. Дым немного рассеялся в тот момент, когда у Чона кончились патроны. Не видя результатов стрельбы, кхенг нервно отстегнул магазин, и тут боль заставила его вскрикнуть. Пули, выпущенные Тэу, раздробили кости ног охранника.

Вьетнамец крикнул в коридор, где находились бойцы Тимохина:

И сам рванулся к раненому, находящему в шоке Чао Чону.

Когда группа «Орион» вышла к прихожей, Тэу, применив промедол из арсенала боевой аптечки, ударами ладонью по щекам Чона привел его в сознание. Кхенг с испугом и недоумением смотрел на окружающих его людей в невиданных ранее черных, блестящих, прорезиненных комбинезонах.

Проводник указал Тимохину на раненого:

– Это Чао Чон, один из охранников секретной части горы Дьявола, доверенное лицо не только господина Кумати, но и самого Саясона. Впрочем, можете называть его просто Чон.