Эх, чувствую, сынок, доведут меня эти блаженные до Успенского кладбища раньше времени и никакой бромистый калий от них не спасёт… Но давай оставим наших моралистов в стороне, потому как стол уже накрыт. Буйство чревоугодия! Адыгейский сыр пустил слезу, розовая ветчина с корнишонами ждёт-не дождётся наших вилок, паштет из куропаток пора намазывать на хлеб и заодно вкусить холодной телятины с хреном да колбаски домашней! Салат из свежих овощей приготовлен так, как я люблю — помидоры и огурцы нарезаны крупно, политы маслом, а чеснок с горьким перцем не забыты и обласканы крупной солью! Даже лимонад с мятой и лимоном! Блаженство рая! Прошу садиться.

Но не успели присутствующие заправить за ворот салфетки, как раздался звон дверного колокольчика.

— Принесла кого-то нелёгкая, — прокряхтел Пантелей Архипович и направился в переднюю. Вернувшись через минуту, он сказал:

— Мальчишка прибежал от отца Афанасия. На словах передал, что квартиранта нашего ждут в доме доктора Целипоткина. Срочно надобно отпевать несчастного Оскара Самуиловича, литию заупокойную служить… Ну да ты не расстраивайся, Ферапонтушка. Утка с печёными яблоками от тебя никуда не убежит, а к настойке ты равнодушен.

— «Не будь между упивающимися вином, между пресыщающимися мясом: потому что пьяница и пресыщающийся обеднеют, и сонливость оденет в рубище», — процитировал Библию псаломщик и с гордым видом направился к выходу.

— Отец, вы простите меня, но я составлю Ферапонту компанию, — поднимаясь, обмолвился Клим.

Пантелей Архипович в недоумении протёр глаза и застыл на месте.

Матушка, увидев сына в передней, осведомилась:

— Куда же ты, сынок?

— Я ненадолго. Хочу взглянуть на отпевание доктора. Получаса не пройдёт, как я вернусь.

Когда входная дверь хлопнула, старший Ардашев вздохнул и наполнил рюмку кизиловой настойкой.

Клим остановил первый попавшийся фаэтон. Псаломщик, усаживаясь в коляску, проворчал:

— Извозчик денег стоит. Могли бы и пешком добраться. Под гору идти — не вверх карабкаться.

— Удивительно, что я не услышал от вас какой-нибудь библейской цитаты, — усмехнулся Ардашев. — Вы вообще бываете, когда-нибудь довольны? Погода прекрасная, птицы поют, лошадка добрая — чего ещё надобно?

— А вы, смотрю, не особливо отцовы деньги бережёте.

— В данном случае не отцовы, а мои.

— Эка завернули! Откуда же у вас свои, ежели вы студент?

— Даю частные уроки и делаю переводы для нотариуса с фарси и турецкого. Это помогает быстрее осваивать иностранные языки и неплохо зарабатывать. Если так дело пойдёт, то в следующем году, помощь от родителей мне не понадобится.

— Что ж, приятно слышать. Одного не пойму: зачем вы со мной пошли?

— Об этой трагедии я прочитал в «Северном Кавказе», когда ехал из Невинки.