Противостоящий федералам чеченский фронт только на первый взгляд представляется однородным, на самом деле он, как лоскутное одеяло, состоит из множества более-менее самостоятельных подразделений, которые имеют не самые простые взаимоотношения между собой, потому что кто-то у кого-то когда-то барана украл, кто-то — жену, а кто-то брата зарезал. И если знать, кто и у кого, то можно, умело используя и подогревая внутреннюю вражду, узнать почти все желаемое.

У тех — про этих. У этих — про тех. А у третьих — про тех и других, вместе взятых…

Муса был кровником одного из боевиков, прятавшихся в схроне, сильно нуждался в деньгах, а его племянник второй месяц парился в СИЗО в ожидании суда, откуда его обещали выпустить, если дядя найдет способ доказать свою лояльность власти.

В дом ворвались под видом рядовой, которые случаются «по три раза на дню», зачистки — грохнули в двери прикладами, вошли, ткнули жильцов «мордой в пол», после чего популярно объяснили им, что спалят все здесь к чертовой матери до головешек, если только им не выдадут бандитов. Но хозяева дома молчали, потому что боевиков, прятавшихся в схроне, боялись больше, чем федералов.

В общем, миром решить дело не удалось…

Дом взяли в кольцо, перекрыв все возможные пути отступления. Работали не спеша, как-то даже с ленцой, потому что по хорошо накатанной схеме. Личный состав рассредоточился по периметру дома, изготовив к бою оружие, на крыши соседних домов забрались снайперы, в направлениях вероятного прорыва залегли пулеметчики, загнав в «ручники» ленты. Каждый сантиметр прилегающей к дому территории оказался под прицелом.

Вырваться из столь плотного огневого мешка было невозможно, тем более что выбираться из схрона боевикам предстояло по одному, что лишало их возможности дать полноценный, предшествующий прорыву залп.

Уличный выход из схрона нашли быстро, подорвав его гранатами. Но из дыры в земле тут же раздалась длинная автоматная очередь. Боевики сдаваться без боя не желали.

— Тащите сюда кого-нибудь из этих… — приказал командир.

К нему, подталкивая в спину прикладами, подогнали хозяина дома.

— Пойдешь туда, — сказал ему командир. — Скажешь, что, если они не сложат оружия, мы забросаем их гранатами.

Хозяин дома хмуро молчат.

— Объясните ему, — недовольно поморщился командир.

Хозяина дома отвели к стене и несколько раз ткнули кулаком в зубы. Один из бойцов притащил из машины гранатомет, взгромоздил «трубу» на плечо, развернул сопло к дому и вопросительно взглянул на командира.

— Без жилья останешься, дурак! — пригрозил командир. — А ну, давай, шагай!

Чеченец медленно пошел к дыре в земле. В пяти шагах от нее он лег на живот, подполз ближе, что-то прокричал по-чеченски.

— По-русски, по-русски говори! — крикнул командир.