А может, правда, что эта работа только для ответственных? Или я, сама того не заметив, превратилась в Веронику Ивановну? Потому что через несколько дней ощущала себя в своей тарелке. Иногда обязанностей было больше, иногда меньше, но ровным счетом ничего невыполнимого. Зарплата же не просто грела душу, она добавляла мне сил на любые свершения. Теперь я уже убиралась шустро, под музыку в наушниках, рубашки гладила влет, не беспокоясь, что сожгу дорогущую ткань — у меня только в первый раз руки дрожали. Но любой опыт появляется в процессе, он и появлялся, вместе с уверенностью. Вазы протирала, все еще немного нервничая, — они, наверное, миллионы стоят. Но в остальном — полный порядок. Я была счастлива. А Вероника Ивановна была счастлива втройне. Спустя неделю она уже меня хвалила, забыв о первоначальной холодности. С Тимуром в редкие встречи я только здоровалась, он отвечал вежливо, но не отвлекался от работы, а я не донимала. Охранник в будке начал тоже отвечать на приветствия и иногда даже улыбаться — вот, все очеловечиваются до нужной кондиции!

А в пятницу случилась катастрофа. Не у меня — у Тимура. Я попрощалась с ним, сделала несколько шагов, но потом сдала назад. Точно, что-то не так. Повар стоял, замерев над столешницей. А я его до сих пор никогда без движения не видела.

Осторожно подошла. Перед ним на подносе лежал кекс.

— Что случилось? — не удержалась я.

— Сжег, — выдохнул он, не поднимая взгляда. — Таймер неправильно выставил, наверное.

Я пригляделась — действительно, с одной стороны обугленная корка. Но парень выглядел так, словно человека случайно убил и теперь пытается этот факт осмыслить.

— А если обрезать? — посоветовала я.

— Нельзя. Уволят. Хотя меня теперь в любом случае уволят.

Он был раздавлен. Я вспомнила о его матери — не зря же именно с этого он наше знакомство начал. Да, проблема. Но не до такой же степени, чтобы убиваться?

— Так, Тимур, очнись! — я повысила голос. — Еще есть время!

— Сорок минут, — он отозвался едва слышно.

— И? — я не понимала. — Заводи тесто! Есть продукты?

— Есть, но не успею.

Я уже летала по кухне и открывала все окна, чтобы запах подгоревшего выветрился. Кекс закинула в пакет, с собой заберу, раз всяким там такое не по вкусу. Со всего размаха стукнула парня по плечу:

— Алё! Тесто заводи! Говори, какие продукты нужны — буду подавать.

Он вроде бы очнулся и глянул на меня, но как-то пьяно:

— Карина… кекс печется пятьдесят минут.

— И что? В духовку на таймер. Начальничек наш сразу с десерта начинает? Нет, конечно. Все получится вовремя, если ты разморозишься. И не уволят тебя за то, что сам не вытащил — поди не безрукий, справится! Или вообще записку оставим — мол, специально так подгадал, чтобы кекс был горячим к его приходу.