Черт его знает, какие планы были у командования относительно этой части — нам никто не докладывал. Само собой, временная стоянка техники была под охраной караула и патрулей усиления.

Заодно наши «старики» случайно откопали в технической яме одного из старых боксов ящик с сигнальными ракетами. Их там было штук пятьдесят. Ну и давай баловаться, запуская в небо. Так как дело было при ярком солнце, вне территории части, да еще и за кронами деревьев, этого особо никто и не видел. Только караульные на вышках. Само собой доложили в дежурку, но там подумали-подумали, прислали прапорщика со склада вооружения. А тот, лениво осмотрев ракетницы, отмахнулся. Мол, они все равно старые, частично отсыревшие и к тому же неучтенные. Пусть быстро ликвидируют эти ракетницы и черт с ними.

Сержанты и ефрейтора давай забавляться. Это дело им быстро наскучило и один из них решил пошутить над «Чагой», который доблестно рыл землю и горланил песни на своем языке.

Стоит отметить, что смотровых окон в тракторе достаточно много, но не у всех из них были стекла. И почти все время с насыпи летела земляная пыль, отчего водитель плевался и кашлял. Он пожаловался и ему пообещали вставить стекла, но все никак руки не доходили.

— Эй, Чоговадзе! — крикнул Кириллов, который контролировал работу тракториста. — Ты когда-нибудь сигнальной ракетой стрелял?

— Никак нет, не стреляла! — высунувшись из окна, проорал тот.

— А хочешь попробовать?

В общем, ефрейтор ему разрешил. Показал, как пользоваться. Теперь, когда Чоговадзе доезжал до конца расчищенной территории, делал выстрел через окно — ну вроде как сигнализировал, что доехал, а затем поворачивал обратно. А поскольку стекол не было, то он приноровился стрелять прямо с водительского места. Не вставая.

На время обеда, трактор стоял в тени под деревом. Тут-то и решил Кириллов просьбу его выполнить. Раздобыл на КТП пару стекол нужного размера, с помощью Лаптева отполировал их и быстренько вставил в пазы креплений.

Когда Чага вернулся с обеда и продолжил работу, так совпало, что наше отделение прислали на подготавливаемую территорию за проволокой. В какой-то момент мы услышали вопли. Обернувшись, увидели, что старый добрый ДТ-54 дымиться. Причем дымиться не передняя часть, где стоял дизель, а именно кабина. И при всем этом он умудрялся куда-то ехать дальше…

Бросив мотки стальной проволоки, мы бегом бросились на помощь к Чоговадзе, куда уже мчался перепугавшийся ефрейтор Кириллов. Когда же прибыли на место, перепуганный и бледный как смерть Чага нарезал круги вокруг гусеничной машины. Та уперлась гребнем в огромный камень, при этом продолжала упорно грести гусеницами…

С большим трудом удалось понять, что произошло.