Двух слов оказалось достаточно, чтобы гора мускулов по имени Гарраг сорвалась с места, и меня закрутило в вихре невероятных ощущений. Орк был до безумия нежен, но в то же время напорист, как бульдозер… Ласковый такой бульдозер, после которого придётся отскребать себя от асфальта!

Но сейчас мне было совершенно наплевать на то, что будет после.

Я никогда не была на тех вершинах удовольствия, куда вознёс меня огромный орк. Даже не подозревала, что можно пробить все семь небес и выйти в космос, рассыпаясь от невероятного наслаждения миллиардами звёзд.

К утру чистота души и тела покинули меня, эйфория улетучилась и я осознала масштабы произошедшей катастрофы.

— Добейте меня, — простонала, ощущая себя так, будто меня всю ночь собирали из пазлов, а теперь я могу развалиться на кусочки от одного неловкого движения. — Будьте милосердны!

Но делать это было некому. Шатёр был пуст, хотя следы на смятых подушках и остаточное тепло доказывали, что орк ушёл совсем недавно.

Вспомнив всё, что вытворяла ночью, я поклялась больше никогда не пить ничего эльфийского. И даже с эльфами не встречаться — так, на всякий случай. Была не уверена, что переживу ещё одну бурную ночь с орком.

— Дура, что ли? — испугалась собственной мысли. — Даже пошевелиться страшно, а она… То есть я… Ах, ладно!

— С кем разговариваешь, Дюймовочка Цветков? — спросил вождь, который только что заглянул, приподняв полог. Я отметила, что тон его был раздражённым и даже злым. — Кто здесь, кроме тебя?

— Сама с собой говорила, — поспешно пояснила я.

Не понаслышке знала, что нельзя дразнить зверя… То есть босса, если тот встал не с той ноги. Хороший секретарь тонко улавливает настроение начальника и применяет все заранее продуманные меры, которые могут исправить ситуацию.

Но сейчас ничего в голову не приходило, ведь я не так давно помощница орка. А ещё мне стало неприятно от мысли, что Гаррагу не понравилось со мной настолько, что он зол.

— Почему? — требовательно спросил орк.

— Ну не все вилки подходят розеткам, — грустно ответила своим мыслям.

— Не понял, — он опустился на подушки. — Поясни!

— Что такое розетки?

— Я спросил, почему ты говоришь сама с собой?

— А больше не с кем…

Попробовав приподняться, я невольно поморщилась и застонала. Гарраг тут же придержал меня, и я поразилась той нежности, с которой орк это сделал.

— Ш-ш-ш, — заботливо укутал меня. — Лежи. Потеря девственности это серьёзно, Дюймовочка Цветкова! Дай своему телу привыкнуть к изменениям.

Я поперхнулась, глядя на орка расширившимися глазами. Он подумал, что я девственница? Даже не то… Он решил, что я смогу привыкнуть⁈

— Вот, выпей, — орк поднёс к моим губам бутылочку, которая в его пальцах показалась мензуркой.