Передатчик Тиля при тебе?

– Угу, – чуть улыбнулся и провел по плечу. – Вживил в рану. Эрика поспособствовала.

– Убери его после. Он все равно дезактивируется. Там заряда на одну передачу.

– Знаю, ты говорил. У меня другой вопрос – почему ты не сказал мне, кто уничтожил дейтрин?

Инар чуть исподлобья уставился на него:

– Тиль и Анна осавались и все полетело бы в бездну: вся операция накрылась бы. А без них я бы не попал в мир их хозяев и не узнал, как убрать всех пришлых. Прости, Эрлан, но есть вещи которые никому нельзя говорить. Ты сам это понял. Обмолвись ты и ничего бы не получилось.

Лой смотрел в сторону и думал о том, что уже прошло. Даже странно было что прошло.

– Эя – чтобы мне было легче дойти до цели?

Эрлан потерянно кивнул.

Мужчины стояли друг напротив друга и прощались, говоря взглядами друг другу больше, чем могли передать слова.

– Возможно, я найду способ вернуться. Но мне лучше быть там и контролировать ситуацию.

– Ты остаешься за меня, Эрлан.

– Я остаюсь за себя, Инар.

– Эберхайм если что, поможет. Но тебе еще придется немало потрудиться, чтобы и самому осознать, что он не враг, и ему это донести.

Они смолкли и опять лишь смотрели друг на друга.

– Я горжусь тобой, – протянул Инар, и обнял Эрлана вновь. Так и стояли пару минут. Потом резко отошли и Лой кивнул на лесок:

– Да, не стоит пугать стражей.

Обнял племянника за плечо и сам повел к деревьям.

– Мне будет очень не хватать дома. Но я уверен в тебе и точно знаю, что здесь теперь все будет хорошо. Поэтому спокоен.

– Верни им жизнь, – попросил Эрлан. Его интересовало одно.

– Это я сделаю в первую очередь, – заверил его Инар и выказал, ставший тяжелым и много больше, хрустальный шар. – Теперь они будут жить, верь мне.

– Я всегда тебе верил, – обхватил ладонями виски и, Дейнерта затрясло вместе с ним.

Лири забеспокоился, что хозяин долго не возвращается и пошел на поиски. Эрлан был без сознания, лежал под сосной один. По рубахе в области плеча ползло кровавое пятно.

Страж испугался, влил светлому на пару глотков настоя и, отогнул ткать.

– Ах, ты ж! Что ж ты творишь! – выругался, видя рану и понимая, что изначальный сам вскрыл себе кожу и мышцы, чтобы убрать чип передатчика.

– Ерунда, – проскрипел, в себя приходя.

И уставился в небо, и улыбнулся светло – облака сошлись, образуя лик Эйорики, и она улыбалась ему, и по-прежнему была рядом. И с ней был Вейнер, живой и здоровый. И их друзья. Настоящие, те, на кого можно положиться.

– Они не вернутся? – спросил тихо Лири, перетягивая рану Эрлану.

– А это не важно, – отрезал тот.

Важно, что они будут жить.

Стефер стоял возле стеклянной стены в бокс и смотрел на пять капсул, расположенных звездочкой и крутил в руке око, ставшее опять обычным, небольшим хрустальным шаром.