Как скучал каждый день. Постоянно о тебе думал! — Денис берет ее за ручки, целует каждый пальчик. — Только это держало папку на плаву.

— А где ты был? Мы ведь оплакивали тебя? Я думала, у меня папа на небеса оправился. И там за мной наблюдает, — подбородок моей девочки дергается. Она зажмуривается, борется со слезами.

— На небесах я точно не был, — взгляд Дениса становится отрешенным. — Скорее, в аду. Только тут на земле. Но все это в прошлом. Теперь я с тобой и никогда больше вас не отпущу! — Денис прижимает к себе дочь. Зарывается носом в ее волосы.

— Ты будешь жить с нами? Уйдешь от тети Оли? — и столько надежды в ее голосе.

Ненавижу себя, что вопреки желанию не причинять дочери боль, все равно придется ее разочаровать.

— От тети Оли ушел. А в остальном… — Денис не договаривает. Замолкает. Оглядывается на меня.

Я же вздрагиваю от звонка мобильного. Достаю аппарат из сумочки.

Карим.

Не хочу принимать вызов. Но он в больнице. Вдруг что-то случилось.

Отхожу немного дальше.

— Да.

— Виктория, дорогая, так рад тебя слышать! — гнусавый, но вполне бодрый голос Карима.

— Привет! Что-то случилось? А то, я не совсем могу говорить, — чувствую, как в спину мне утыкаются две пары глаз.

— Мамочка, я так рада! Денис снова с нами! — очень громко кричит дочь.

Ее хитрость шита белыми нитками. Она назвала отца по имени. И ее крик… Так она дает понять, что Кариму больше ловить нечего.

Умиляет ее хитрость. И приносит еще одну боль.

— Что? Виктория! — теперь в трубке раздается крик. — Ты с Денисом?

— Он приехал к дочери, — отвечаю устало. Меньше всего хочу сейчас вступать в разборки с Каримом.

Выхожу из гостиной в коридор.

— Кто ему сказал, что он отец? Чем ты думала?! Он же псих отмороженный! — орет не своим голосом бывший жених.

Да, именно бывший. Потому уже когда увидела Дениса на свадьбе, отчетливо поняла, что не выйду за Карима. Хоть еще какое-то время не хотела себе в этом признаваться.

Карим орет так громко, что я не успеваю среагировать на приближающиеся шаги. Денис вырывает у меня из рук трубку и злобно чеканит:

— И этот отмороженный псих, говорит тебе проваливать. Исчезнуть с горизонта Виктории и моей дочери, или переедешь в больничку на постоянку. На работу к тебе она тоже не вернется. Забудь о ее существовании, если собственная жизнь дорога, — не дожидаясь ответа Карима, вырубает звонок и отдает мне телефон.

— Ты нормальный вообще? — от шока даже кричать не могу.

— Неа, — по-звериному ухмыляется. — Он же сказал — я псих.

Глава 32

— Кто дал тебе право решать, где я буду работать? То, что у нас общий ребенок не означает, что ты можешь вырывать у меня телефон, хамить Кариму. Ты слишком много берешь на себя, — стараюсь говорить тихо, чтобы дочь не слышала.

Хотя хочется орать, крушить, рвать и метать.