Делаю несколько судорожных глотков воздуха. Рядом с ним уже начала задыхаться.

Иду в дом. Он следом. Спиной ощущаю его колючий взгляд.

Открываю дверь. Агата выходит из кухни. Смотрит на меня, потом ее глаза округляются, когда видит вошедшего следом Дениса. Прикладывает ладошку к губам. Радостно визжит.

Денис замирает. Его глаза блестят. В них отчаяние, любовь, тоска.

— Агаточка, — его голос наполнен трепетом.

— Папочка! — дочь летит к нему. Денис подхватывает ее на руки.

— Как… как… ты… сказала, — слова даются ему с большим трудом. И голос сейчас прежний, такой, каким я его помню раньше.

 — Повтори!

— Папочка! Я так тебя ждала!

Глава 31

— Как… Доченька? Ты даже не представляешь… как я этого ждал, — Денис говорит с трудом. Прижимает к себе дочь, закрывает глаза.

— Я тоже ждала! Так хотела тебе сказать, — всхлипывает Агата.

Их переполняет радость. Щемящая, неподдельная, такая светлая.

— Вик, это ты ей сказала? — обращается ко мне, а глаз отвести от дочери не может.

— Не я… она сама догадалась… — застывшие в глазах слезы мешают говорить.

И еще боль, с новой силой раздирающая грудь.

Мы могли быть семьей. Настоящей… Денис мог быть с нами с самого начала.

И не было бы «дяди», жены Ольги, обмана дочери, всего того, что она недополучила.

Но есть, то, что есть. Не будет иначе.

Денис, каким бы подлым и жестоким он ни был по отношению ко мне, от Агаты никогда не откажется. А я у него ее не отниму.

Мы в тупике. Выхода нет.

— Как ты догадалась? — Денис и Агата устраиваются на диване.

— Услышала ваш разговор с мамой. Но я и раньше догадывалась. Ты вел себя лучше настоящих отцов моих подружек. И я и в мыслях не представляла, что у меня может быть другой папа, — Денис вытирает слезки с ее щек, бережно, осторожно, словно она мираж, сладкое видение, которое он боится спугнуть.

 — Потому я даже не очень удивилась. Я все понимаю и не обижаюсь на вас."

"— Я хотел рассказать… но мы не могли. Прости, доченька… доченька, — закатывает глаза. — Как же потрясающе звучит это слово.

— А еще! — интуитивно чувствую, что дочь хочет сказать про Марка. Мотаю головой. Ее взгляд меркнет, она опускает голову. Понимает меня. — Я люблю тебя, — награждает меня осуждающим взглядом.

Знаю, что Агата меня не поймет. Она не в курсе всего того ужаса, который нас окружает.

И я надеюсь, смогу ее уберечь. Чтобы больше не было в ее жизни слез и разочарований, чтобы ни один наш враг, не дотянулся и не причинил вреда.

Возможно, придет время, Денис узнает правду про сына. Но после его обвинений, что я избавилась от нашего ребенка, я не признаюсь.

Буду молчать, пока не распутаю весь клубок мерзкой паутины. Есть слишком много вопросов. И если он играет за Степана, то… этого я не прощу, не приму.

— Доченька, ты не представляешь, как я тебя люблю.