Властно крадет поцелуй. Прижимает к себе до хруста костей. Пьет мое дыхание, его твердые, жадные губы сминают мои.

Никогда прежде. Ни разу. Он так меня не целовал.

Это Денис, и не он вовсе.

Это поцелуй зверя, завоевателя, победителя.

Тело — раскаленная сталь.

Не могу противостоять. А должна! Обязана!

Его руки бесстыдно блуждают по моему телу, пробуждают то, что я похоронила вместе с ним. И нечто новое, некий ураган, с которым я не была знакома. Но этот ураган, наполняет энергией, вызывает безумное желание и жажду. Хочу пить его огромными глотками, и понимаю, что никогда мне не насытиться.

— Я так соскучился, — его слова льются ко мне в рот, попадают внутрь и окутывают окровавленное сердце теплым покрывалом. Они уносят боль, даруют забвение.

Дверь лифта открываются. Нас обдает холодным воздухом.

Пробуждение. Морок спадает.

— Не смей! — кусаю его за губу. — Ты не имеешь права! — во рту его кровь. Она мне кажется сладким ядом.

Упираюсь руками в его грудь. Денис смотрит на меня, медленно слизывая кровь.

— Только я имею право, — берет мое лицо в капкан своих ладоней. — Запомни, Виктория, иного не будет.

Поднимает меня на руки и несет по коридору. Одной рукой открывает дверь, входит внутрь, аккуратно кладет меня на диван.

— И что дальше? Чего ты добиваешься? — вскакиваю, упираю руки в бока.

Ярость взрывается новой волной. Ненавижу, за то, что напомнил, как он искусно умеет лгать, далеко не только словами.

Глава 9

— Хочешь пить? — неожиданно спрашивает. — Американо с молоком без сахара, как всегда?

Он стоит, засунув руки в карманы брюк. Невозмутимый, на первый взгляд спокойный, только пульсирующая венка на шее выдает волнение."

"— Черный кофе. Одна ложка сахара и стакан минералки, — скрещиваю руки на груди. — Все меняется, Денис, вкусы тоже.

— Ок, — разворачивается и выходит из комнаты.

Смотрю по сторонам. Помещение явно нежилое. Тут еще сохранился едва уловимый запах краски. Ремонт в светлых тонах, стандартная мебель, квартира напоминает отельный номер.

Срываю со головы фату, которая каким-то чудом продолжала болтаться сзади. Раздражает. Все бесит.

Не хочу его видеть, и не могу находиться одна в комнате. Нонсенс.

Иду за ним. На его запах. Застаю на кухне, включает кофе-машину.

— Успокоилась? — спрашивает не оборачиваясь.

— С тобой это непозволительная роскошь, — бурчу себе под нос и усаживаюсь на край мягкого уголка, кладу руки на стол. — Ты снял эту квартиру?

— Да.

— Ольга твой бизнес продала, — вырывается на автомате.

Почему я снова о ней?

— В курсе. Пусть подавится, — пожимает плечами, продолжа стоять ко мне спиной. — Плевать.

— У вас дочь. Может, что-то из твоего наследства Еве достанется, — зачем-то продолжаю разговор на жутко неприятную тему.