– Не вижу в этом необходимости. Вы на редкость удачно поддерживаете разговор за двоих.

– Выслушивать такие замечания неприятно. – Она подняла голову. Бархатистые карие глаза Джона, обычно непроницаемые, светились насмешкой. Белл вздохнула. – Но они справедливы. Видите ли, обычно я не бываю такой болтливой.

– Да. Думаю, ваша молчаливость заставила меня разговориться.

– Ах вот как! Значит, переложим вину на мои плечи?

Белл окинула лукавым взором его плечи, вспомнив, что раньше они показались ей не очень широкими.

– По-моему, они вполне способны выдержать такую ношу.

Джон улыбнулся – улыбнулся искренне, что случалось с ним нечасто. Он вдруг порадовался тому, что сегодня надел один из своих лучших сюртуков – обычно для утренних прогулок он обходился старыми. Но не прошло и секунды, как его рассердила собственная суетность.

– Это новая мода? – спросил он, указывая на ботинок в ее руке.

– Я натерла мозоль, – пояснила Белл, приподнимая подол платья на несколько дюймов – поступок был рискованным, но она не подумала об этом. В такой нелепой беседе принятые правила этикета казались неуместными.

К удивлению Белл, Джон опустился на колено и прикоснулся ладонями к ее ноге.

– Не возражаете, если я осмотрю ее? – спросил он.

Белл непроизвольно отдернула ногу.

– По-моему, это ни к чему, – быстро отозвалась она. Одно дело – осматривать ногу, но совсем другое – прикасаться к ней.

– Не упрямьтесь, Белл. Если нарыв воспалится, вам станет не до скромности.

Белл заморгала, более чем изумленная столь дерзким обращением к ней по имени.

– Откуда вы узнали, что меня зовут Белл? – наконец выговорила она.

– От Эшбурна, – отозвался Джон, осматривая пальцы ее ноги. – Кстати, где у вас мозоль?

– На пятке, – сообщила Белл и покорно повернулась к нему спиной.

– Вот так волдырь! Вам следовало бы обзавестись более удобной обувью для долгих прогулок.

– Я просто вышла пройтись, а для долгих прогулок у меня есть ботинки получше. Одеваясь сегодня утром, я и не помышляла о прогулке, а потом мне не захотелось идти переобуваться. – Белл раздраженно вздохнула. И зачем это она оправдывается перед ним, да еще так беспорядочно и многословно?

Джон встал, вытащил из кармана белоснежный носовой платок и взял Белл за руку.

– Неподалеку отсюда есть пруд. Там можно промыть ранку.

– По-моему, не стоит беспокоиться, Джон.

Услышав намеренное обращение по имени, Джон ощутил, как по его телу прокатилась теплая волна, и порадовался тому, что сделал первый шаг и назвал Белл по имени, не спрашивая ее позволения. Он решил, что ему нравится эта леди Арабелла, несмотря на ее благородное происхождение. Он не припоминал, когда прежде улыбался так часто.