Оказалось, внимание камеристки привлекли необычные цветы удивительной расцветки, которую я никогда раньше не встречала. Они были похожи на лилии с длинными, утончёнными лепестками цвета розового мрамора. Их тычинки серебрились, как будто их сбрызнули жидким металлом — и он так и застыл.

— Они настоящие? — спросила я у садовника, который терпеливо наблюдал за тем, как я разглядываю цветы со всех сторон.

Это прямо произведение искусства. Словно их вырезали из камня!

— Конечно, миледи, — кивнул мужчина. — Чтобы вывести их, мне понадобилось много лет.

— Они не продаются, мисс, — покачал головой садовник. — но если они вам и правда понравились, проголосуйте за них на конкурсе. Это будет лучшей наградой.

— Непременно! — уверила я его. — Может, всё же хоть несколько цветков?

Хотелось потереть руки от нетерпения. Я уже представила, как украшу этими цветами одну из шляпок. Будет просто восхитительно! И наверняка эксклюзивно!

— Нет, мисс. Простите, — упрямо повторил мужчина.

Ещё немного полюбовавшись лилиями, мы с Роной отошли от прилавка.

— Какой странный, — пожала плечами камеристка.

— Отчего бы не продать нам букетик?

Пока мы занимались сбором цветов для будущих шляпок, которые я собиралась начать шить уже очень скоро — с помощью мастера Карнаги, конечно — Лестер с сестрой куда-то удалились. А Рой Нэллад вернулся к дяде, чтобы поддержать его.

Когда на площади стало ещё более людно, одна за другой на сцене фестиваля начались презентаци цветов-конкурсантов. Вовсю играла музыка. Люди галдели, спорили о том, чей цветок лучше с таким азартом, будто делали ставки на скачках.

Пару раз мне наступили на подол, и я решила, что надо бы отойти подальше от эпицентра людского интереса.

Да и Муссон, кажется, немного устал. Он без энтузиазма семенил рядом и иногда жалобно просился на ручки.

И вдруг щенок пришёл в крайнее возбуждение. Навострил ещё не вставшие, как у взрослых собак, уши, повёл носом — и уверенно потащил меня прочь с площади. Весь его вид говорил о том, что он нашёл нечто интересное — и это нужно обязательно увидеть.

Дав ему немного воли, но в любой миг собираясь остановить, я вышла из самой плотной толпы гуляющих — тут даже дышалось намного легче.

Никто не толкался, от густого запаха цветов не кружило в голове.

— Отдохнём немного немного, да? — обратилась я к Муссону, который напряжённо принюхивался и нетерпеливо топтался, показывая, что хочет пойти дальше.

Я достала из ридикюля платок и слегка смахнула им испарину с шеи. А пока озиралась, не заметила, как слева, из переулка к нам кто-то вышел.

Только голову успела повернуть, как меня буквально сгребли в охапку, зажав рот затянутой в перчатку ладонью.