Дёрнули назад и потащили в тень — подальше от пёстрых кибиток цветочников и горожан, которые за собственным гомоном и музыкой не слышали моих сдавленных воплей и отчаянного рычания Муссона. Щенок пытался цапнуть злодея за лодыжку, но, видимо, укусы маленьких челюстей не были настолько сильным, чтобы остановить его.

Когда первая волна паники схлынула, до меня наконец дошло, что можно сделать. Я отпустила поводок щенка — и тот, словно услышал приказ, бросился обратно к площади.

Тем временем я сопротивлялась, как могла, искренне считая, что сейчас меня затолкают в какой-нибудь фургон и увезут в неизвестном направлении.

Надо хоть как-то оттянуть этот миг. Раньше я и не думала, что способна хотя бы на пару шагов сдвинуть вперёд такого высокого и крепкого мужчину. Однако время от времени мне это удавалось. Пару раз он, гнусно ругаясь, споткнулся о мою юбку, что тоже нас замедлило.

Я пыталась дышать, хоть огромная ладонь закрывала мне пол-лица. Смотрела вперёд, ожидая, когда же появится помощь. Где констебли Роя, в конце-то концов, когда они так нужны?

Незнакомцу всё же удалось оттащить меня в один из узких переулков, где можно было едва разойтись вдвоём.

Он прижал меня к стене — и перед носом мелькнуло остриё кинжала, который показался немного странным. Его лезвие было выполнено не из стали, а как будто из стекла.

— Будешь дальше совать нос, куда не следует, — заговорил злодей, — очень сильно пожалеешь. Лучше тебе вовсе не разговаривать с Сарикой Эббет. И уж тем более прекратить походы в полицию. Откажись от помощи комиссара — и будешь в безопасности. Нужно только вести себя благоразумно.

Его голос показался мне искажённым.

Лицо было совершенно не знакомо — но удивительно, что этот человек не попытался ничем прикрыть его. Я же запомню и расскажу в деталях! Или он надеется, что поддамся на угрозы?

Впрочем, мне и правда было очень страшно. По всему телу меня пробило холодным потом — стоило только представить, как больно кинжал может врезаться в тело. Но, судя по всему, убивать мужчина меня не собирался. И пока он говорил, пятернёй прижимая мою голову к холодной стене, я потихоньку сняла перчатку.

Что ж, загнанные в угол девушки тоже на многое способны!

Я подняла руку и впечатала ладонь прямо в лицо злодея.

Показалось, она прошла сквозь жидкий кисель. Что это такое?

— Мамочки! — крикнула я. Но мой рот по-прежнему был зажат, поэтому получилось только эмоциональное бульканье.

Мужчина дёрнулся было отстраниться, но его словно парализовало — этот эффект тоже был мне знаком. “Жертва” просто перестаёт управлять своим телом. Черты лица мужчины поплыли, исказились и стали прозрачными. Сквозь них начали проступать совсем другие — и это было жутковатым зрелищем.