– Он сын моей умершей подруги… Ей нельзя было рожать, но она все-таки решилась, понадеялась на чудо, а чуда не случилось… Она прожила после родов только полтора месяца…

– А отец у него есть?

– Я не знаю, он, может, и есть где-то, но я никогда его не видела, знаю только, что его звали Дмитрий, и ничего больше… даже фамилии она мне не сказала. Она не хотела, чтобы хоть одна душа знала, что она родила от него, понимаешь? Она вообще была очень скрытная, любила его без памяти, а он, кажется, был женат…

Боже мой, вот что значило пророчество «бзиканутой» ветеринарши! Действительно, мать умерла, а сын достался мне! Значит, с Мариной ничего не случится! Она не умрет!

Он схватил Марину и начал целовать.

– Пусти, я тебе о таких вещах… а ты! – возмущенно оттолкнула его Марина.

– Прости, я потом объясню тебе почему… прости. Говори, маленькая, я слушаю тебя.

– Когда стало ясно, что ей осталось совсем немного, она вызвала меня и умоляла взять Мишку к себе, я сразу согласилась, я как только увидела его… А Питер, мой муж, он категорически отказался усыновить… Тогда я плюнула на все, ушла от него и вернулась в Москву… В те годы была такая неразбериха везде… и за хорошую взятку я сумела оформить усыновление… По закону я не могла без согласия мужа, и вообще… Правда, на эту взятку ушли все мои деньги, но… Подруга завещала мне свою квартиру, чтобы я могла ее продать и на эти деньги… Но я тогда как раз встретила Алюшу, взяла к себе и поняла, что скоро двухкомнатной будет мало, и поменяла две квартиры на одну… Ну вот, собственно, и все… Господи, как легко стало!

– Ты сказала, что эта тайна всплыла… Каким образом?

– А эта тварь, Нора, встретила Питера… И он ей сказал, что Мишка не мой сын…

– Сукин кот! Как можно говорить такие вещи кому бы то ни было! А эта баба поспешила в Москву доложить об этом… Но кому? Мне?

– Да нет, то-то и дело, что Мишке!

– Нет, Алюша ее так прибила, что…

Марина рассказала ему о подвигах Алюши. Он долго хохотал, потом нахмурился.

– Она оставила заявление? Ничего, я ее достану! За разглашение тайны усыновления есть санкции! Пусть только попробует не забрать заявление. А тебя, Маричка, я еще больше люблю… И мы с тобой будем для Мишки прекрасными родителями, ты и так уже прекрасная мать, а я…

Она не дала ему договорить:

– Я думаю, нам пора ехать, а то наш сын там, наверное, в тоске.

Поздним вечером, когда счастливый Мишка уже давно спал, Михаил Петрович спросил:

– А как звали твою покойную подругу?

– У тебя есть ее фотография? Мишка на нее похож?

Она достала из письменного стола маленький альбом с фотографиями и дала ему. Но тут ей кто-то позвонил. Когда она вернулась, он с задумчивым лицом листал альбом.

– Интересная женщина.