Значит, Катенька Кудинова... Плюс Людочка... И что там?

– Совершеннейшая ерунда, – сказала Нина, приободрившись. – Поплавали, выпили, поговорили на разные интересные темы, и о сексе в том числе. Ну, знаешь, как меж женщинами бывает...

– Знаю, – усмехнулся Мазур. – В бане попивали чаек и мирно щебетали на интимные темы три юных гимназистки, ангелочки небесные, – а через два часа в шкафу обнаружили скоропостижно умершего от апоплексического удара поручика Ржевского...

– Ну, вот... А потом как-то незаметно съехали на эротические журналы, обсудили тему подробно и всесторонне, еще немного выпили, и как-то так получилось, что стали сниматься.

Все трое, так что не надо подозревать меня одну в каких-то глупостях...

– Лесбосом, случайно, не закончили? Разнежившись?

– Кирилл! – прямо-таки возопила протестующе супруга.

– А что? – пожал плечами Мазур. – Мало ли куда вас могло повести...

– Ну, не дури! Поснимали немного, вот и все.

– Инициатива была чья, можешь припомнить?

Нина добросовестно наморщила лоб, очень быстро вскинулась с радостным видом:

– Катька, конечно! Вот именно, теперь я совершенно точно припоминаю, что это Катрин н а в е л а.

У нее был новый фотоаппарат, супер-дупер, муж подарил... Кирилл, но мы же все трое в таком виде снимались, и Катька тоже...

– А у т е б я ее снимки есть? Вообще, где фото двух других скучающих фемин?

Нина ошеломленно уставилась на Мазура. Растерянно протянула:

– Я только сейчас подумала... Ни я, ни Люда снимков так и не дождались, Катька говорила, что привезет, да так и не собралась, она особа безалаберная...

– Как знать, – сухо сказал Мазур.

– Думаешь, она причастна...

– Да ничего я не думаю, – сказал Мазур почти грубо, – за отсутствием точной информации.

Пока что имею дело не с думами, а с фактами. И факты не самые веселые: твоими фотками в голом виде была усыпана вся комната, где только что пристукнули того урода, что крышевал известного тебе Муслима. Опять ты оказалась пристегнутой к чему-то неприятному – и абсолютно пока что непроясненному...

– Но ты же мне веришь, что я ни с кем... Что я не знала никакого Вовчика...

– Самое смешное, верю, – сказал Мазур, подумав. – Не по благородству души или слепому доверию, а исключительно оттого, что наработал богатый опыт – определять, когда человек говорит правду, а когда брешет, как сивый мерин.

Когда-то, и не раз, от этого жизнь зависела. Прости за патетику, но именно так и обстояло... Если подбить баланс, что мы имеем? Безусловный плюс: моя любимая очаровательная супруга мне, похоже, не изменяла не только с мужиками, но и с экстремалкой Катькой... Вот только этот плюс жирно перечеркнут минусом: означенная супруга дважды за короткий промежуток времени вляпалась в нечто непонятное, за версту пахнущее криминалом...