Профсоюз британских актеров запрещает это.

Тоби ощутил, как замерло его сердце.

– Нужно было с самого начала хорошенько все разузнать, тогда не пришлось бы попадать в неловкое положение. Извините, но мы принимаем только профессионалов.

Она отвернулась и направилась к столу. Все было кончено.

Голос Тоби был подобен удару хлыста. Женщина остановилась как вкопанная. В этот момент Тоби еще не знал, что скажет или сделает, сознавал только, что все его будущее зависит от того, удастся ли ему убедить миссис Теннер. Женщина, стоявшая сейчас перед Тоби, могла помочь ему встать на первую ступеньку карьеры, к которой он стремился, могла помочь ему достичь всего, о чем мечтал, ради чего трудился, мучился, страдал.

Нельзя позволить ей уйти!

– Нельзя судить о таланте по глупым правилам, леди! Ладно, я не играл на сцене. А почему? Потому что такие, как вы, не желают дать мне шанса! Понимаете, о чем я говорю? – голосом У. К. Филдса спросил он.

Элис уже открыла рот, чтобы оборвать наглеца, но Тоби не дал ей этой возможности. Он мгновенно перевоплотился в Джимми Кэгни, умоляющего позволить бедняге попробовать проявить себя, а потом стал Джеймсом Стюартом, согласившимся с Кэгни, а следом – Кларком Гейблом, заявившим, что он умирает от желания работать с Тоби, и наконец Кэри Грантом, провозгласившим, что у парня блестящий талант.

Все звезды Голливуда оказались сейчас в этой комнате, они шутили, смеялись, рассказывали анекдоты. Слова лились непрерывным потоком, и Тоби был в таком отчаянии, что сам не знал, откуда они берутся. Он был подобен человеку, утопающему во мгле безвестности и отчаянно цеплявшемуся за хрупкие соломинки пародий. И это было единственным, что держало его на плаву. Все тело покрыл холодный пот, но Тоби, ни на что не обращая внимания, бегал по комнате, имитируя движения изображаемых им персонажей. Он словно вдруг превратился в маньяка, совершенно не владеющего собой, забывшего, где он и что с ним.

Внезапно в сознание Тоби ворвался голос Элис Теннер:

– Прекратите! Немедленно прекратите! – По лицу женщины от смеха лились слезы. – Хватит! – повторила она, задыхаясь.

Тоби, очнувшись, медленно вернулся к действительности. Миссис Теннер, вынув платок, вытирала глаза.

– Вы… знаете, вы просто сумасшедший.

Тоби молча глядел на нее, охваченный чувством радостного возбуждения:

– Значит, вам понравилось?!

Элис Теннер потрясла головой, глубоко вздохнула, чтобы сдержать хохот:

Внезапная ярость поднялась в душе Тоби. Она смеялась над ним, а не вместе с ним! Какого же дурака он свалял!

– Тогда над чем вы смеетесь?! – выдавил он.

Улыбнувшись, женщина тихо ответила:

– Над вами. Никогда еще не видела такой лихорадочной жестикуляции.