В конце концов, это может вызвать международный скандал: смотрите — похитили гражданина Великобритании!

— Идем, — скомандовал Тирликас, направляясь к лестнице.

Но я остался стоять, пристально посмотрел на Наталью и попросил:

— Я бы хотел убедиться, что с девушкой все в порядке.

— Я буду держать вас в курсе. — Голос женщины был холоднее стали.

— Идем, — процедил Лев Витаутыч, я почти услышал, как он скрежещет зубами, и направился за ним.

На улице чернела ночь. Корпуса госпиталя, разбросанные по огромной территории и утопающие в зелени, были будто подсвечены золотыми сферами. Мы подошли к машине, уселись. Прежде чем завести мотор, Тирликас сказал:

— Наташа не кровожадная.

— Это понятно. Если Энн выживет… что с ней будет?

— Все зависит от самой девушки и от того, как далеко она зашла. Ты ж понимаешь, что ее ложь мгновенно вскроется, и мы узнаем о ней все.

— Допустим, она просто пешка, что тогда? — поинтересовался я.

— Тогда подлечим и отпустим домой. Если захочет. Захочет остаться — поймем, простим, примем. Я бы на ее месте не возвращался. Понимаешь почему и что ее там ждет?

— Несчастный случай. А если она не пешка?

Тирликас пожал плечами.

— Значит, обвинение в шпионаже, скандал и тюрьма. Хотя так и эдак будет скандал. — Витаутыч усмехнулся. — Он уже набирает обороты. Ты не представляешь, какие высокопоставленные люди в этом замешаны!

— Мне бы хотелось знать, какова ее дальнейшая судьба. Не чужие все-таки люди."

"— Я не могу тебе этого обещать. Ты же видишь: уровнем доступа не вышел. Мне самому интересно. Рано или поздно это станет известно.

Тирликас включил фары — два луча разрезали ночь, и мы покатили мимо тусклых фонарей к КПП. Я включил телефон, и на экране высветилось, что сейчас начало первого, то есть уже наступило завтра. Рина, наверное, извелась! Я сразу же ей написал:

«Извини, что поздно. Тел. был выключен. Буду через час-полтора. Мы с ЛВ вынужденно уехали».

Видимо, девушка ждала от меня вестей и ответила через две минуты:

«Жду».

Другая бы уже весь мозг выела чайной ложкой. Спасибо тебе, мироздание, за самую адекватную девушку в мире! От осознания этого сердце наполнилось теплом. Как я мог не разглядеть ее?! Осел тестостероновый, за красивой оберткой погнался!

Я откинулся на сиденье, потянулся. До чего же бесконечно-длинный день! Мозгу кажется, что игра с «Кардиффом» была позавчера, а тело говорит, что таких матчей я провел как минимум три, и больше всего на свете оно хочет спать. Но нельзя. Вырублюсь — накроет откатом.

Перед внутренним взором снова крутнулась рулетка. Пронесет? Не пронесет? В последнее время я отделывался слишком легко. Но Тирликас предупрежден, Рина тоже. На худой конец скрутят меня, отваляюсь день, перетерплю.

Мысли снова и снова возвращались к Энн.