Аделия выдавила из себя жалкую улыбку, когда Мако вернулся, вытирая губы.

Он медленно снял рубашку, и она побледнела.

– Ты что собрался делать?

Рубашка полетела на пол, за ней последовала не слишком чистая майка. Глаза женщины завороженно остановились на мощной грудной клетке Мако. В самом центре, поблескивая, щерилась челюсть, украшенная гротескно-кинжальными зубами. Рисунок искрился, словно был нарисован ртутью.

– Это серебряная нить, – пояснил Мако, заметив, что женщина не отрывает взгляда от экзотической татуировки. – Специальная прошивка. Круто, да?

Он начал стаскивать с себя военные ботинки, потом брюки. По телу Аделии пробежала мелкая дрожь.

– Зачем ты пришел? – вырвалось у нее.

– Ты еще спрашиваешь? – удивился Мако. На нем остались только трусы, которые он, чуть помедлив, тоже снял. Затем подвинул к кровати свою сумку.

– Я скучал по тебе, – признался он, грузно плюхаясь рядом с женщиной. Понюхал ее взмокший от пота локон волос. – Всегда любил натуральный запах женщины.

Он начал ласково поглаживать все еще красивую, крепкую грудь Аделии.

– А ты молодец. Подтяжек не делала?

Рука Мако постепенно сместилась вниз, ласково гладя бархатистую кожу.

Аделия глубоко выдохнула.

– Знаю, нравится, – хрипло прошептал Мако, прижавшись к ее разгоряченному телу. – Ты ведь рада, что я тебя спас от этого толстяка?

– Что ты ему сделала? – Мако навис над ней. – Обокрала? Хотя нет, это слишком мелко для тебя. Уговорила перевести на себя все счета?

Он вошел в нее, как торпеда, и Аделия вскрикнула от неожиданности.

– Не бойся меня, – услышала она сквозь серую пелену его хрипловатый голос. – Я не причиню тебе боли… Пока.

Он кончил очень быстро, и лицо Аделии исказила гримаса.

– Ты так ничему и не научился, – фыркнула она, отворачиваясь. – Я не успела.

– Дорогая, меня все устраивает. Не успела сейчас – успеешь потом, – философски заметил Мако. – Но зато я быстро восстанавливаюсь.

– Развяжи меня, – раздраженно потребовала Аделия.

– У тебя есть выпить? – осведомился мужчина.

– Нет. Я не пью алкоголь. Есть чейси и туту-лайт.

– Я не люблю ваши гребаные колеса, – скривился Мако. – Куда катится этот трижды трахнутый мир?

Он снова начал гладить женщину. Краем глаза Аделия видела, что «орудие» ее бывшего кавалера снова приведено в боевую готовность.

– Ты псих, – она тихонько застонала, когда он снова лег на нее. – Но я тебя хочу, сволочь.

– Я всегда вспоминал тебя, – пыхтел Мако, начиная ритмично двигать бедрами. На кровать тихо запрыгнул кот, и он заметил его.

– Что, извращенец, нравится подсматривать?

Кот молча изучал Мако, и тому показалось, что круглые глазища животного излучают неподдельное презрение.

– Пошел отсюда, – бросил он, и кот, фыркнув, тихонько отступил назад.