Видимо, я стал мягче, ослабил поводок.
— Да! — отвечаю.
— Я тебя раздражаю? Раньше ты был менее…
— Это было раньше, до того, как ты решила, что мной можно манипулировать. — У тебя что-то случилось?
— Нет, я просто дико соскучилась по твоему голосу. Ты рычишь, а у меня мурашки по коже разбегается от возбуждения, — уже томно шепчет она. Усмехаюсь. Девочка стала хищницей. Но... поздно. Меня перекрыло Алиной. И дело даже не в том, что супругу положено ставить в приоритет, дело в моем внутреннем ощущении… Очень странное ощущение, еще незнакомое мне, больше раздражающее, словно теряю контроль, показывая эмоции.
— Ничем не могу помочь, Инга. Советую занять себя чем-нибудь для саморазвития. Беременность долгая – может, чему-нибудь научишься за это время. Хорошего отдыха, — скидываю звонок. Не в тот момент она позвонила, попала под горячую руку. Но Ингу полезно время от времени отрезвлять.
Иду в столовую. Стол уже накрыт. Сырники, джем, сметана, нарезки из сыра и ветчины, омлет с овощами. Когда только все успела? Достойная жена. Аккуратная, заботливая. Салфеточки, сервировка.
Только вот эта маленькая женщина сейчас так мило улыбается Левану, подкладывая ему в тарелку омлет. А этот боров с удовольствием уплетает завтрак, сверкая белыми зубами, которые я ему, по ходу, выбью. Понимаю, что глупо ревновать Алину к другу. Леван никогда не покусится на мою жену. Но меня раздражает его блядская натура. Он любит женщин. У этого мужика нет особых предпочтений. Блондинки, брюнетки, рыжие, азиатки – кого он только не трахал. Леван предпочитает разнообразие, ему быстро надоедает одна и та же баба.
— Ммм, ты просто волшебница. Очень вкусно. Напомни поцеловать твои золотые руки, — произносит он. И моя жена расплывается в улыбке, краснея. Как, мать их, мило. Проблема Алины в том, что она ведется на красивые слова, улыбки и комплименты, за которыми ничего не стоит. Наивная дурочка. Приводит в ярость эта ее черта, в целом их общение и ее реакция. День только начался, но меня уже напрочь выносит.
— Только прикоснись к ее рукам и останешься без своих, — комментирую, проходя в столовую, садясь во главе стола. Леван усмехается, закатывая глаза.
— Ревнивый мужик – неуверенный в себе мужик, — парирует он, продолжая поедать омлет.
— Болтливый мужик – мертвый мужик, — ухмыляюсь я, принимая от Алины чашку кофе. Леван ржет, качая головой. Кидаю взгляд на жену: не смотрит на меня, глаза в пол. Ставит передо мной тарелку с омлетом, суетливо поправляет салфетку, нервничая.












Комментарии
Добавить комментарий