– Ведь Гумберт уезжает в Берлин и забирает с собой Ханну.

Ханна поставила на стол две формочки с пудингом. Одна была в форме сердечка, другая – трилистника.

– Я остаюсь здесь, – сообщила Ханна поварихе, – Ни в какой Берлин я не поеду. Я не могу так поступить с госпожой Мельцер.

– Каждый сам кузнец своего счастья, – пробормотала Фанни Брунненмайер, опуская формочки в горячую воду.

После Рождества началась оттепель. Снег на газонах парка растаял, превратившись в небольшие островки. Вскоре они исчезли, и только три снеговика, которых построили дети, смогли выстоять в тепле. Однако потом пошел дождь, и за ночь от мрачных властелинов осталось только несколько камешков, служивших им ртом и глазами.

– Беда редко приходит одна, – произнесла Алисия за завтраком. – Снег тает, вода в Лехе поднялась, а теперь еще и дожди.

Мари заметила, что Провиантбах в нескольких местах уже вышел из берегов, но опасности для фабрики он не представляет.

– Просто не стоит ходить по лугам, – улыбаясь, добавила она. – Там можно утонуть в грязи.

Элизабет взяла кофейник и налила всем кофе. Снова солодовый: после пышного рождественского обеда на вилле снова начали экономить, что здесь было, вообще-то, в порядке вещей.

– А сегодня не стоит даже выходить из дома. – Она посмотрела в окно. – Туманище такой, что дальше своего носа ничего нельзя увидеть.

Весь парк с дорожками был окутан густым туманом, очевидно, из-за него почтальон сегодня не смог выполнить свою работу – почта до сих пор не пришла.

– По крайней мере, нет дождя, – заметила Мари. – Так что багаж не намокнет, но вполне возможно, что поезд опоздает.

Лиза намазала эрзац-масло на свою булочку, завидуя Китти, которая в этот час еще нежилась в своей постели. Малышка Хенни тоже любила поспать, и только уже проснувшиеся близнецы задавали Розе жару в ванной.

– Не сердитесь на меня, девочки. – Алисия приложила руку ко лбу. – Мне нужно прилечь. Боюсь, у меня жар. Скорее всего, простудилась – неудивительно в такую сырую и холодную погоду.

Лиза и Мари в один голос сказали, что ей нужно поскорее отправиться в постель.

– Я пришлю к тебе Эльзу с ромашковым чаем, – предложила Элизабет. – Или ты хочешь молока с медом?

– Нет-нет, – отказалась Алисия. – Лучше сиреневый чай, чтобы хорошенько пропотеть. Это лучшее средство от простуды.

– Я позвоню доктору Грайнеру, – решила Мари, но Алисия посчитала, что это слишком хлопотно, к тому же их бюджет не предусматривал визит врача на дом.

Мари дала знак Лизе, чтобы та не возражала. Она все равно сообщит о состоянии свекрови врачу. Алисия кашляла уже несколько дней. Как бы она не заработала воспаление легких.

– Хочешь, я поднимусь с тобой, мама? – обеспокоенно спросила Лиза, когда Алисия встала.

– Нет-нет, моя девочка.