Ощутив, как ослаб ремень брюк, отчётливо различая звуки распускающейся молнии, наслаждаясь долгожданной свободой, несколько раз увернулся от настойчивых поцелуев, пытаясь выловить затуманенный желанием взгляд. Зафиксировал подбородок своими пальцами, приводя в чувства.

– И ведь не позвонила… – Прошептал зловеще, вынося обвинительный вердикт.

– Не помню, чтобы обещала звонить. – Озорно клацнула зубами, сопротивляясь захвату, и сдавленно зашипела, почувствовав, как грубый палец прочертил болезненный след на её спине. Судорожно выдохнула, отходя от острых, забытых ощущений. Поспешно отдышалась. – Хочу тебя.

Замерла, отсчитывая долгие секунды, во время которых Ильдар болезненно давил на промежность, впитывая в себя эти стоны, эти звуки нетерпения. В наслаждении закрыла глаза, подставляясь под аккуратно продвигающийся вперёд палец. Заводясь от этих ощущений самостоятельно и заводя его. Поддалась и послушно приоткрыла губы, чувствуя, как палец второй руки, требовательно надавливает на подбородок. Провела по подушечке языком, лаская, и мстительно прорычала, прикусывая его, когда поняла, что игра только началась. Ильдар не собирался уступать: выступая лидером, чувствительно шлёпнул по ягодице, ожидая повиновения, но пришлось зло прорычать, понимая, что так его и не дождётся.

С Лорой удалось справиться в два резких движения, выставляя её в коленно-локтевую позицию, забрасывая на узкую спину бесконечный шёлковый пеньюар, осторожно поддевая пальцем кружевное бельё.

– Моя девочка хочет чего-то особенного? – Догадался, глядя, как ягодицы поджимаются в нетерпении.

Внутренне задрожал, восторгаясь этой притворной покорностью, но и сам хотел чего-то более острого, потому и простонал в унисон со спазмом желания, скрутившим изнутри. В сопровождении следующего стона дал этому спазму выход и намотал на кулак ровный хвост волос, упиваюсь властью, которой его одарили.

Он любил, когда Лора была покорной. В постели. Намеренно передавая ему первенство. Принимал решения, которые определяли судьбу двоих на целый вечер, решения, приносящие удовольствие. Были дни, когда она не уступала ни в чём, выбрасывая из себя запасы энергии, проявляя инициативу, когда сама решала, чего хочет и знала, что получит он. Но сегодня хотела подчиниться, намерено провоцируя, задевая за живое. Потому что именно в такой близости на пике ощущений было понимание того, какая она слабая и ранимая, понимание того, что может стоить одно неосторожное движение. Лора даже стонала только по его команде, потому что знала: лишнее движение, лишний звук может лишить последних сил.

Хотела его до безумия. Любовь в такие моменты была на втором плане. На первом – удовольствие. И желание доставить это удовольствие партнёру.